Home Журнал «Ориентация» Ориентация №2 Духовный смысл русской революции

Книги

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

ББК63.3(2)4+71 А 88

Печатается по решению редакционно-издательского совета Курского государственного университета

Рецензенты: Л.М. Мосолова, доктор искусствоведения, профессор РГПУ им. А.И. Герцена; З.Д. Ильина, доктор исторических наук, профессор КСХА

А 88 Арцыбашева Т.Н. Русь-Росия-Московия: от хакана до го­сударя: Культурогенез средневекового общества Центральной Рос­сии. - Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2003. -193 с.

ISBN 5-88313-398-3

Книга представляет собой монографическое исследование этно­культурного и социально-государственного становления Руси-России, происходившего в эпоху средневековья в центре Восточно-Европейской равнины - в пределах нынешней территории Централь­ной России. Автор особое внимание уделяет основным этапам фор­мирования историко-культурного пространства, факторам и циклам культурогенеза, особенностям генезиса этнической структуры и типа ментальности, характеру и вектору развития хозяйственно-экономической и социально-религиозной жизни, процессам духовно-художественного созревания региональной отечественной культуры в самый значимый период ее самоопределения.

Издание предназначено преподавателям, студентам и учащимся профессиональных и общеобразовательных учебных заведений, краеведам, историкам, культурологам и массовому читателю, инте­ресующемуся историей и культурой Отечества. На первой странице обложки - коллаж с использованием прославлен­ных русских святынь: Владимирской, Смоленской, Рязанской, Федоровской и Курской Богородичных икон.

На последней странице обложки - миниа­тюра лицевого летописного свода XVI в. (том Остермановский П., л.58 об.): «Войско князя Дмитрия выезжает тремя восточными воротами Кремля на битву с ордой Мамая».

© Арцыбашева Т.Н., 2003

© Курский государственный университет, 2003

 

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

Журнал «Ориентация»

Полезные ссылки


Северная Корея

Духовный смысл русской революции PDF Печать E-mail
Автор: Николай Михайлович Нестеров   
18.07.2011 08:16

Проводить параллели между большевизмом и сатанизмом стало уже делом привычным. Казалось бы, что может быть проще: если большевики разрушали храмы, насаждали атеизм, возносили хулу на Бога — то можно ли еще найти более убедительное свидетельство их сатанической сущности? Любой клерикал — как западный, так и наш, «отечественный», будет гневно осуждать антихристианскую направленность большевизма, при этом считая себя выразителем истинных христианских идей. Логика тут проста: ругаешь сатанизм, значит ты — истинный христианин. Последнее время уже вошло в моду афишировать свой антикоммунизм посредством реверансов в сторону христианства, как бы указуя при этом грозным перстом своим сатане. Причем, политические симпатии не являются исходным моментом данной позиции, поскольку сатану сегодня с одинаковым рвением проклинают как «правые», так и «левые». И, наверное, эти новоявленные поборники христианства всерьез решили, что разоблачая таким образом сатанизм, они тем самым готовят свои души к спасению — если, конечно, они когда-либо задумываются над этим.

Недавно вышла книга известного патриотического писателя В.Солоухина «При свете дня» — одно из конкретных творений на тему разоблачения сатанического большевизма. На обложке книги красуется голова Ленина, одна половина которой изображена в виде обнаженного черепа, из которого торчит дьявольский рог. Ясно: Ленин — воплощение сатаны. Лично я, конечно, не берусь оспаривать того, что вождь российского пролетариата был отъявленным злодеем. Дело в другом: если автор осуждает дьявольскую сущность большевизма и его главаря, то значит он противопоставляет этому свое христианское видение мира. Именно так, вроде бы, все и происходит, поскольку Солоухин провозглашает свою преданность православию. В чем же он, как христианин, обвиняет большевиков?

Первое, что вызывает его возмущение, это те зверства, те реки крови, которые большевики устроили в несчастной России, добравшись до власти. Однако чтобы осуждать это, не нужно быть именно христианином. Можно быть вполне безбожным социал-демократом, либералом или эсером — и с тем же успехом осуждать зверства большевизма, изливая соответствующие фразы, сдобренные гуманистическим пафосом. Последние десятилетия вся пресловутая демократическая общественность, ставшая особенно чувствительной к крови и насилию, по малейшему поводу хватается за свой «гуманизм», при этом не думая ни о каком христианстве, а тем более православии. Иногда, конечно, упомянут об евангельских заповедях, однако это не более, чем пустая риторика — современный «гуманизм» вполне обходится без Христа.

Второе — большевики оглупляли людей одиозным учением, загубили много талантов, насоздавали уродств. Одним словом, губили прекрасные порывы души, низводя все до серости и убожества. Однако для признания всего этого опять не обязательно быть христианином, ибо вполне хватит духовности какого-нибудь либерального просветителя и компетентности сугубо светского эстета.

И, наконец, третье, за что так ненавидят большевиков, — это разрушение ими набиравшей рост российской экономики и обречение советских людей на материальную нишету. Это, пожалуй, узловой момент, перед которым порой отходят на задний план все ужасы чрезвычайки. Здесь, как мы понимаем, вопрос о хлебах, которыми сатана искушал Христа. И весьма примечательно, что наш православный патриот уделяет хлебам такое пристальное внимание. Понятно, что и в этом вопросе христианином быть не обязательно, ибо обличение пресловутой «советской нищеты» и так называемой экономической отсталости совсем уж не требует трепетного богопочитания. Иногда, как мы понимаем, все происходит как раз наоборот: алчные до сытой, роскошной жизни люди, никоим образом не вписывающиеся в христианский идеал благочестивого человека, инкриминируют большевикам в вину именно эту самую «нищему». И как ни странно, наш уважаемый православный писатель, в искренности патриотических чувств которого у меня, кстати, нет никаких сомнений, делает на «материальном» аспекте невог-~лтно сильный акцент. Трагизм русской истории он вырисовывает в знакомую до боли картину: имперская Россия идет к небывалому экономическому процветанию, но вдруг появляются большевики, которые прекращают этот подъем и сводят на нет все радужные перспективы. В этом якобы основное зло сатанического большевизма Что ж, возможно все так и было Только неужели православный автор не обладает достаточной глубиной духовного зрения, чтобы не увидеть зловещих примет в том самом бурном предреволюционном «развитии», от которого он приходит в такой восторг?

С обывательской точки зрения все действительно было великолепно: железные дороги, заводы, начавшаяся электрификация, а кроме того: многочисленные рынки с дешевым товаром, бесчисленные трактиры и рестораны с их разнообразным меню, семга, икра, коньячок, румяные гимназистки, веселые купчихи, крепкие мужики, а вокруг — колокольный звон и золотые купола. Приятная картина! И не будь там этого колокольного звона и золотых куполов, наши крепкие мужики, а также и румяные гимназистки разъезжали бы сегодня на собственных автомобилях мимо красочных витрин, словно где-нибудь в Америке или во Франции.

Я нисколько не оговорился. К сожалению, наши обличители сатанизма с большой легкостью могут совместить железные дороги с золотыми куполами, не задумываясь над тем, что в действительности возможно только одно из двух. Патриот Солоухин ратует за железные дороги — в этом плане он солидарен с большевиками, но, как это ни печально, не совсем реалистично воспринимает суть явлений. Сегодня у нас очень много железных дорог и очень мало православных храмов — все получилось в соответствии с действительной, а не вымышленной логикой жизни: либо вам вера в «Бога живаго», либо камни, превращенные в хлеба; либо Бог, либо сатанинское искушение. На сей счет христианам заповедано: «Не служи двум богам», и кто пытается нарушить эту заповедь, как не упомянутые разоблачители сатанизма?

Представьте себе, что где-нибудь в православном храме церковный хор начал бы исполнять куплеты из какой-нибудь оперетки. Христианская атрибутика нисколько бы духовно не возвысила этого новаторства, мало того, это было бы просто кощунством — не потому, что это были опереточные песенки, а потому, что исполняются они в храме, и исполняются теми, кто обязан по долгу службы своей воспевать Бога. Не такая ли оперетка началась разыгрываться в России — Православном государстве? Что сделал бы Бог с теми кощунствующими псалмопевцами, как не иссушил бы им языки или не наслал бы на них какую иную болезнь, а храм бы тот, где произошло это мерзкое святотатстве, не предал ли бы он испепелению? Не то ли самое произошло с Россией, где на фоне православных храмов разыгрывалось богомерзкое действо? С другой стороны, настоящие опереточные певцы могли бы до глубокой старости промышлять своим сомнительным ремеслом и были бы в том менее повинны перед Богом, чем те псалмопевцы, дерзнувшие совершить сие в храме. Запад и до сих пор еще относительно благополучно беснуется, но не то должно произойти с нами, русскими. Нам за наше святотатство будет воздано втройне и мгновенно, ибо мы призваны к совершенно другому, и на том пути, на котором Запад стяжал славу и материальное изобилие (за что ему еще предстоит расплатиться), нас ждут мгновенные утраты и десятикратное разочарование, и мы будем испытывать самые ужасные муки до тех пор, пока вновь не осознаем собственного призвания и не выйдем на правильный путь.

Делать из большевиков козлов отпущения — значит, на мой взгляд, впадать в преступное самообольщение. Кто читал писания Святых отцов, тот знает, что даже дьявол творит зло с божьего попущения — ив том заключается неведомый нам смысл Точно так же всевозможные страдания, несчастья и болезни насылаются с определенной целью, и тот, кого постигла кара, должен понять этот знак вместо того, чтобы роптать. Но получается так что наши сатаноборцы именно ропщут, полагая, очевидно, что наказание может быть без вины, и тем самым, конечно, невольно совершают кощунство.

Иногда бывает так, что болезнь насылается на человека ради того, чтобы отвратить его тем самым от нехорошего действия — во имя его спасения, разумеется. Представим на минуту, к чему пришла бы Россия, продолжай она развиваться в том же духе — чем так восхищаются некоторые патриоты. То, что Россия шла прямой дорогой в самый прозаичный капитализм — понятно, наверняка, всякому. Разные ссылки на возможную российскую специфику бессмысленны; в любом случае это был бы очевидный компромисс, который в итоге разрешился бы не в лучшую сторону. Допускать какой-либо православно-буржуазный гибрид вообще кощунственно, и понятно почему («не служи двум богам»). Так что совершенно безответственно заявлять, особенно от имени православных патриотов, будто в России был возможен какой-то особый капитализм с нашей национальной спецификой. Эта, с позволения сказать, «специфика» рано или поздно окончательно бы исчезла, и получили бы все тот же «звериный» лик капитализма, ибо капитализм — это не просто «способ производства» — это особый характер мироощущения и отношения к жизни, мало согласующийся с истинно христианской, православной духовностью Поэтому если говорить о воцарении сатанизма в России, то большевики — всего лишь малозначащие слуги Дьявола.

Совсем уж нелепо, на мой взгляд, называть советских диктаторов — Ленина или Сталина — «сатаной на троне». Это означало бы наделять несуществующими христианскими добродетелями протестантскую миссию, а равным образом тешить самолюбие и без того чересчур горделивого Запада. Где сидит сатана, и кто его самые верные слуги — вопрос слишком сложный. Большевики, конечно, не ангелы, но и они не главные виновники. Они зримо осуществили то, что вызревало подспудно. Православие подвергалось почти всеобщему поруганию еще задолго до того, как красный комиссар снял с церкви первый крест. И, может быть, к лучшему (да простятся мне эти слова!), что духовная болезнь выразилась в физическом недуге, став явной. Не случись этой внезапной большевистской напасти, наше российское общество могло бы впасть, как современный Запад, в преступный самообман, заменив подлинное православие — при сохранении внешних атрибутов — богомерзким фарисейством. И как следует из Евангелия, лицемерно молящийся фарисей получает за то большее наказание, нежели при небрежном исполнении службы.

В русском обществе сердца людей все более и более заполнялись гуманизмом и прогрессом, и совмещение этой душевной нечистоты с православными символами становилось все более и более отвратительным зрелищем. И поскольку это бесовское наваждение сдержать было невозможно (ведь человек, по учению Святых отцов, делает свободный выбор между добром и злом, а потому не Бог нас направил, а мы сами пошли по погибельному пути прогресса), то во избежании более страшного кощунства необходимо было лишить сатанинскую деятельность православной атрибутики — дабы с именем Бога на устах не совершали мерзостей прогресса. Именно поэтому в России воцарился большевизм с его откровенным безбожием, а не более мягкая либеральная демократия, прикрывающая сатанинскую сущность свою христианской символикой.

В течение семидесяти лет наши нечистые безбожные уста не славили Бога — и это, я думаю, было меньшим грехом, чем если бы нами совершилось обратное.

То, что Запад сегодня пытается нас якобы обратить в христианскую веру — это типичное фарисейство, чему в немалой степени способствует пропаганда вышеупомянутых борцов с сатаническим большевизмом. Даже в условиях коммунистического засилья русские дали более высокие идеалы духовности, нежели благополучный «христианский» Запад. Не стоит забывать некоторым горячим православным публицистам, пускающим слезу по Белому Делу, что среди красных оказалось немало истинных героев, пусть обманутых, но все же бескорыстно шедших на смерть во имя своей идеи, в то время как разные борцы с большевизмом, благополучно удравшие за границу, в сравнении с ними кажутся подлинными иудами, предавшими свое Православное Отечество, но зато лицемерно объявившими себя его спасителями, так ничего существенного и не совершив. Это начинаешь понимать только сейчас, когда с благополучного «христианского» Запада на нас хлынула такая мерзость, на фоне которой какой-нибудь Павка Корчагин выглядит почти как православный подвижник. Еще недавно я иронизировал над фильмом «Коммунист», но сегодня эта отнюдь не патетическая фраза — «Людям хлеб нужен...» — звучит как эхо их какого-то прекрасного прошлого. Я не собираюсь вдаваться в богословские тонкости, ибо нет у меня, грешника, дара и призвания, а равным образом и санкции наставлять к душеспасению, однако невольно возникает вопрос: кто все же ближе Богу — тот коммунист, который во имя своего идеала, пусть даже безбожного, бескорыстно и добровольно принял свой крест, обрек себя на бесчисленные страдания и смерть, или какой-нибудь «православный» (считающий себя таковым) эмигрант, уклонившийся от больших страданий и всю жизнь спокойно проживший где-нибудь во Франции, наслаждаясь радостями мещанского бытия, попутно захаживая в церковь и ругая сатанических большевиков, загубивших его родную Россию? Я не хочу делать здесь никаких выводов, я просто призываю и размышлению. И не надо, ради Бога, с горяча заявлять, что среди красных были одни лишь хамы и подонки. Если это так, то почему тогда наши «благородные» борцы за Православную Россию не смогли разогнать этот, с позволения сказать, сброд? И почему Бог допустил поражение Белого Дела? Не потому ли, что у наших «благородных борцов» было больше показного благочестия, нежели действительного благородства? Красные потому и победили, что в их числе было немало подлинных героев, способных идти на смерть и хоть как-то — пусть в таком безбожном виде — осознающих свой ДОЛГ. Могли ли «подонки» взять Перекоп — эту твердыню Врангеля? Тем не менее «благородный» Врангель бежал, а «подонки» наступали. Понятно, что многих порядочных людей большевики одурачили, но даже одураченные, они, идя на смерть и мучения, страданием своим хоть в какой-то мере искупляли свой грех — в отличие от тех, кто отнюдь не от избытка идеализма, а по корыстным соображениям готов был брататься с тем же Западом — нашим исконным врагом — и тащить сюда, в православную Россию, подлую конституцию — во избежание большевистской «экспроприации» не гнушаясь созданием упоминавшегося фарисейского гибрида из православия и гуманистического «прогресса». Неужели программа Белого Дела, лицемерно прикрытая идеалами «Святой Руси» и подпитанная английским капиталом, может служить примером благородного начинания и вдохновлять истинных патриотов России? Трагизм нашей истории как раз и заключается в том, что Православную Россию защищать было практически некому. Но даже и те гонения, которые выпали на долю православного духовенства, были наказанием заслуженным. Это не моё изобретение — о том еще предупреждал Преподобный Серафим Саровский. Вот что он говорил в связи с этим: «Господь открыл мне, что будет время, когда архиереи Земли Русской и прочие духовные лица уклонятся от сохранения Православия во всей его чистоте (выделено мной Н.Н.), и за то гнев Божий поразит их. Три дня стоял я, просил Господа помиловать их и просил лучше лишить меня, убогого Серафима, Царствия Небесного, нежели наказать их. Но Господь не преклонился на просьбу убогого Серафима и сказал, что не помилует их, ибо будут учить учениям и заповедям человеческим, сердца же их будут далеко от Меня» (см. «Угодник Божий Серафим», Изд. Спасо-Преоб-раженского Валаамского монастыря, 1992, т.1, с.188).

Меня могут упрекнуть в идеализации большевиков, особенно сославшись на то, что те отрезали все источники духовности. Все это верно. Но неужели многочисленные сегодняшние хулители большевизма являются такими вот «источниками духовности»? Или может быть те пастыри, которые сегодня беззастенчиво благословляют воров и предателей и допускают их в храм как почетных гостей, станут великими наставниками и поводырями русского народа? Не думаю. И быть может и о них тоже шла речь в пророчестве святого Серафима, ибо сегодняшнее показное «возрождение» православия отдает самым неприкрытым фарисейством.

Думаю, пройдет совсем немного времени, когда деление на «красных» и «белых» в нашем обществе утратит всякую актуальность. И уже не «белые», а люди Доброй Воли, люди Чести и Совести начнут искать друг друга, страдая среди невыносимого окружения бесчестных рвачей и подонков. Ведь как-то странно, что на фоне «возрождающегося христианства» так откровенно попрали честность и бескорыстность. Новоявленные «христолюбцы» успели насмеяться над тем фанатичным коммунистом из одноименного фильма, который рвался спасать людей от голода, но какой идеал они, эти рассудительные «спасители человечества» от сатанического большевизма, дали взамен? Не того ли самонадеянного рвача, который с величайшим усердием служит мамоне, но ради показной благопристойности еще и заглядывает в церковь? Он, оказывается, тоже спасает нас от голода, но, как человек очень умный, «цивилизованный», умело избегает при этом мук и страданий. И пусть читатель сам решает, который из этих двух ближе идеалу истинного христианина...

Новосибирск. Июнь 1993 г.

 
 

Исторический журнал Наследие предков

Фоторепортажи

Фоторепортаж с концерта в католическом костеле на Малой Грузинской улице

cost

 
Фоторепортаж с фестиваля «НОВЫЙ ЗВУК-2»

otkr

 
Фоторепортаж с фестиваля НОВЫЙ ЗВУК. ШАГ ПЕРВЫЙ

otkr

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100