Home №14 САНСКРИТ — ЯЗЫК БОГОВ

Книги

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

ББК63.3(2)4+71 А 88

Печатается по решению редакционно-издательского совета Курского государственного университета

Рецензенты: Л.М. Мосолова, доктор искусствоведения, профессор РГПУ им. А.И. Герцена; З.Д. Ильина, доктор исторических наук, профессор КСХА

А 88 Арцыбашева Т.Н. Русь-Росия-Московия: от хакана до го­сударя: Культурогенез средневекового общества Центральной Рос­сии. - Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2003. -193 с.

ISBN 5-88313-398-3

Книга представляет собой монографическое исследование этно­культурного и социально-государственного становления Руси-России, происходившего в эпоху средневековья в центре Восточно-Европейской равнины - в пределах нынешней территории Централь­ной России. Автор особое внимание уделяет основным этапам фор­мирования историко-культурного пространства, факторам и циклам культурогенеза, особенностям генезиса этнической структуры и типа ментальности, характеру и вектору развития хозяйственно-экономической и социально-религиозной жизни, процессам духовно-художественного созревания региональной отечественной культуры в самый значимый период ее самоопределения.

Издание предназначено преподавателям, студентам и учащимся профессиональных и общеобразовательных учебных заведений, краеведам, историкам, культурологам и массовому читателю, инте­ресующемуся историей и культурой Отечества. На первой странице обложки - коллаж с использованием прославлен­ных русских святынь: Владимирской, Смоленской, Рязанской, Федоровской и Курской Богородичных икон.

На последней странице обложки - миниа­тюра лицевого летописного свода XVI в. (том Остермановский П., л.58 об.): «Войско князя Дмитрия выезжает тремя восточными воротами Кремля на битву с ордой Мамая».

© Арцыбашева Т.Н., 2003

© Курский государственный университет, 2003

 

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

Журнал «Ориентация»

Полезные ссылки


Северная Корея

САНСКРИТ — ЯЗЫК БОГОВ PDF Печать E-mail
Автор: А. А. Живописцев   
30.08.2010 17:22

 

Санскрит — это прекрасней­ший из всех земных языков, язык традиционной индийской культу­ры, язык подавляющего большин­ства философских, религиозных, литературных и научных сочине­ний вплоть до 18 века, живой до сих пор. Без знания санскрита не­возможно полноценное изучение истории и культуры древней и средневековой Индии.

Когда арийские племена вторг­лись во втором тысячелетии до нашей эры в Индию, они говорили на нескольких близкородственных диалектах, объединенных под об­щим названием древнеиндийский язык. На базе одного из этих диа­лектов и возник санскрит. Ранней формой санскрита был так назы­ваемый ведийский язык. Иногда ведийский язык считают отдель­ным языком и противопоставляют санскриту. Ведийский язык — это язык четырех Вед: Ригведы, Яджурведы, Самаведы и Атхарва­веды. Время его становления — 15 — 10 века до нашей эры.

Кроме того, санскрит прошел в своем развитии еще три формы: эпический санскрит, классический санскрит и буддийский и джайнский гибридный санскрит. На эпи­ческом санскрите были созданы знаменитые эпические поэмы Махабхарата и Рамаяна, временем же их создания ученые считают середину первого тысячелетия до нашей эры — 3 — 4 века нашей эры. От более поздней формы языка — классического санскрита он отличается простотой и арха­ичностью. Предполагается, что он широко использовался в бытовом общении. Классический же санск­рит — это предельно унифициро­ванный язык, язык, обработанный древнеиндийскими грамматиками, прежде всего знаменитым уче­ным Панини в его труде Восьмикнижие (4 век до нашей эры). Нормы, зафиксированные Панини, стали общеобязательными для ис­пользования, а штудирование его труда стало неотьемлимым компо­нентом традиционного изучение санскрита в Индии. Начиная с это­го времени, изменения, характер­ные для обычных языков, почти полностью прекратились, и санск­рит стал непрерывно развиваться, становясь все более богатым и со­вершенным в своих возможнос­тях. Классический санскрит сосу­ществовал со среднеиндийскими разговорными диалектами, пракритами. также развившимися из древнеиндийского, но не подверг­шихся, в отличие от классического санскрита, тщательной обработке. Именно в это время входит в употребление само слово «санск­рит», что значит«обработанный, сделанный», в отличие от слова «пракрит» — «необработанный, естественный».

Классический санскрит — это язык большинства санскритских памятников, начиная с 4 века на­шей эры.

Далее, выделяют буддийский гибридный санскрит, являющийся результатом санскритизации так называемых среднеиндийских языков — пали и пракритов, на которых проповедовали свои уче­ния буддисты и джайны. Буддий­ский гибридный санскрит исполь­зовался исключительно для запи­си религиозных текстов.

Санскритоязычная литература (включая все памятники на ве­дийском, эпическом, классическом и буддийском гибридном санск­рите) — это самая обширная из всех известных литератур и одна из самых древних. Как пишет со­временный индолог Я. Гонда: «Сказать, что санскритская лите­ратура превосходит по объему ли­тературы Греции и Рима, — это ошибка. Санскритская литература почти безгранична, то есть никто не знает ее подлинных размеров и числа составляющих ее сочине­ний». Любопытно отметить, что нехудожественная литература на санскрите (философская, техничес­кая и т. д.) намного более обшир­на, чем художественная.

Язык священных книг — санс­крит — индийцы считали не од­ним из многих языков мира, пусть даже лучшим из них, а един­ственно настоящим языком, на котором все вещи имеют свое правильное обозначение, боже­ственным языком, на котором го­ворят жители райских миров, а поэтому тот, кто изучает санск­рит, тот, по мнению индийцев, приближается к богам. Остальные языки считались тем же самым санскритом, только испорченным — в большей или меньшей степе­ни.

Санскрит иногда называют мертвым языком, но это неверно. До сих пор его изучение входит в систему традиционного индийско­го образования, санскрит перечис­лен в Приложении 8 к Конститу­ции Индии в качестве одного из 14 официальных языков. В Индии крупнейшими центрами санскри­тологии являются Пуна, Калькут­та, Варанаси, Барода, Мадрас и Майсур. При этом всегда особо выделяются Пуна и Варанаси. Считается, что только в этих двух городах можно научиться говорить на санскрите. Санскрит использу­ется как богослужебный язык, на санскрите издаются газета и жур­налы, ученые ведут на нем пере­писку. Литературная Академия Индии регулярно присуждает премии за достижения в области санскритской литературы. И на санскрит современные индийцы переводят даже иностранную ли­тературу, включая Шекспира и Шолохова. Санскритская лексика служит основным источником для обогащения словаря современ­ных индийских языков, особенно в области создания терминов, обо­значающих современные явления. Сохраняет свое значение санскрит и как разговорный язык, по дан­ным всех последних официальных переписей, число лиц, использую­щих его в бытовом общении, со­ставляет несколько сот человек, и при этом большая их часть — пандиты из Варанаси и Митхилы.

Теперь перейдем непосред­ственно к описанию особенностей языка. Сразу же надо отметить, что санскрит обладает очень слож­ной грамматической структурой. Любой желающий может обратить­ся к соответствующей литературе и убедиться в этом. Всего он име­ет 8 падежей, 3 числа в именах, 6 глагольных времен, 6 наклонений, 3 залога, 2 главных спряжения и 10 глагольных классов плюс три производных спряжения. По вы­разительным способностям санск­рит намного превосходит все со­временные языки. Так, то, что на английском или русском может выражаться несколькими словами, на санскрите может быть выраже­но одним-единственным словом. Этот замечательный язык одина­ково пригоден как и для строго аналитических научных и фило­софских текстов, так для художе­ственной литературы. Во многом это обеспечивается разнообразием стилей в санскрите, ведь его стили в некоторых отношениях могут разниться более, чем обычные близкородственные языки.

Лексика санскрита также нео­бычайно богата, особенно много синонимов. Например, на русском языке воду можно назвать только водой, и ни как иначе.

На санскрите же ее можно на­звать ар, ambhas, udaka, udan, kilala, jala, toya, dharya, payas, vari, salila, hala. Но особенно боль­шие синонимические ряды, вклю­чающие десятки слов, существуют для обозначения солнца, луны, огня, земли, птицы, царя, слона, коня, лотоса и др. При этом на­ряду с простыми наименованиями предмета имеется множество опи­сательных. В классическом санс­крите описательные названия предпочитаются простым, как бо­лее изысканные и позволяющие избежать повторений при называ­нии одного и того же предмета.

Кроме того, отдельные слова поражают своей многозначностью. Во многом это проистекало из стремления к максимальной об­разности, к изысканности выраже­ния. Отсюда вытекает частое ис­пользование слов в переносных значениях, иногда весьма причуд­ливых; например, go бык, корова может использоваться в значени­ях земля, речь, во множественном числе — звезды, лучи. Много­значность возрастает также из-за многочисленности литературных школ. В результате некоторые статьи в словаре, где выстроены в одном ряду значения, различаю­щиеся степенью метафоричности или областью употребления, выг­лядит весьма неправдоподобно. Например, слово tantra может пе­реводиться как 1. ткацкий станок, 2. основа ткани, 3. основа, сущ­ность [в переносном смысле), 4. порядок, правило, 5. государствен­ное устройство, 6. учение, свод правил, 7. название класса рели­гиозных текстов, 8. заклинание 9. уловка, хитрость

Еще одна особенность санскри­та — это активное использование сложных слов. Всего насчитыва­ется четыре типа сложных слов. В текстах на классическом санск­рите часто встречаются очень длинные сложные слова, включа­ющие десятки простых и заменя­ющие целые предложения и абза­цы. Перевод таких слов подобен разгадыванию ребусов. Например, в романе Субандху «Васавадатта» сложное слово из двадцати одного простых использовано в описании берега океана, где встречается «множество-львов-сверкающих-прекрасной-тяжелой-гривой-влаж-ной-от-потоков-крови-из-лобных-бугров-диких-слонов-разодранны-ми-многими-яростными-ударами-львиных-когтей-острых-как-зуб-цы-молний» [kulisa-sikhara-khara-nakhara-pracaya-pracanda-capeta-patita-matta-matanga-kumbha-sthala-rudhira-chata-churita-caru-kesara-bhara-bhasura-kesara-bhara-bhasura-kesari-kadambena). И по­добный пример сложного слова не самый поразительный; в том же описании морского берега имеется сложное слово, состоящее из бо­лее чем ста простых.

Письменность, которая исполь­зуется для записи санскритских текстов, тоже уникальна. В разное время для записи санскрита при­менялись разные алфавиты. Са­мым ранним из них был брахми (самые ранние памятники относят­ся к третьему веку до нашей эры), но наиболее часто применяе­мым алфавитом был и остается деванагари (складывается с 7 — 8 веков нашей эры). Слово «дева-нагари» означает «[письменность, используемая) в городах богов». Алфавит этой письменности со­стоит из сорока восьми знаков: тринадцати для обозначения глас­ных и тридцати пяти для обозна­чения комбинации «согласный + краткий гласный а». Следует от­метить, что индийские алфавиты, включая брахми, деванагари и другие — это единственные в мире, где порядок знаков не слу­чаен, но основан на безупречной Фонетической классификации зву­ков.

Из приведенных особенностей языка ясно видно, с какими слож­ностями сталкивается человек, изучающий санскрит. С точки зрения социальной лингвистики санскрит обладает существенным недостатком, ибо он весьма избы­точен для средних выразительных потребностей обычного индивида. Поэтому средний человек выучить этот язык не в состоянии, ибо это требует чрезмерного напряжения рассудка, памяти и воображения. Но тем не менее санскрит из­древле был предметом для изуче­ния ученых.

Изучение и описание санскри­та началось уже в глубокой древ­ности в самой Индии. Наиболее выдающимся из древнеиндийских грамматиков был выше упоминав­шийся Панини. Интерес к самому языку был обусловлен заботой о правильном сохранении и понима­нии священных текстов. При этом в сфере языкознания индийцы достигли больших успехов, они на тысячи лет опередили Европу в изучении языка. В Восьмикнижии Панини западные лингвисты с удивлением обнаружили описание звуков и грамматических форм санскрит, предвосхищающее за­падную структурную лингвистику 20 века.

Индийские брахманы тщатель­но скрывали санскрит от иновер­цев. Им казалось, что священные книги будут осквернены и испор­чены, если млеччхи -варвары их прочитают. Поэтому ученые-неин­дусы, желавшие изучать санскрит, натыкались на глухую стену не­понимания и неприятия.. Первыми млеччхами, познакомившимися с литературой на этом чудесном языке, были мусульмане. Так, вы­дающемуся мусульманскому уче­ному Бируни (973 — 1048) уда­лось до некоторой степени самому овладеть санскритом, что позволи­ло ему прочесть многие индийс­кие книги самостоятельно. Пло­дом его усилий стало сочинение «Индия», содержащее важные све­дения о народах тогдашней Ин­дии, их обычаях, научных знаниях, религии и философии. Бируни принадлежит следующая характе­ристика санскрита: «Это язык, бо­гатый словами и окончаниями,... который обозначает разными име­нами один и тот же предмет и од­ним именем разные предметы,... который трудно понимать иначе как через контекст».

Большой всплеск интереса к санскритской литературе характе­рен для времени правления вели­кого императора из династии Ве­ликих Моголов Акбара (1542 — 1605), что связано с его стремле­нием создать синтетическую ре­лигию и сплотить на ее основе мусульман и индусов. Известно, что близкий друг Акбара, истори­ограф Абу-л-Фазл хорошо знал санскрит. Сам Акбар приказал ученому Бадауни перевести с сан­скрита на персидский язык Ма-хабхарату. Бадауни приступил к этому делу, скрепя сердцем, так как считал грехом даже дотраги­ваться до книг неверных. Как раз, окончив работу, он искупал этот свои грех совершением омовения и переписыванием Корана.

Много сделал для перевода санскритских текстов правнук Акбара могольский принц Дара Шукох (1615 — 1659). Сторонник мистического учения суфизма, он считал Ислам и Индуизм равны­ми путями к Богу и даже посвя­тил этой теме трактат «Слияние двух океанов». Величайшим тво­рением Дара Шукоха стал перевод Упанишад на персидский язык, который он осуществил с помо­щью нескольких индийских уче­ных, так как включал их в число других священных книг — Торы, Псалмов, Евангелия и Корана. Пе­ревод Дара Шукоха стал известен в Европе благодаря французскому ученому Г. Анкетилю-Дюперону, который в 1801 году издал его латинский перевод, оказавший ог­ромное влияние на европейскую мысль, и особенно на немецких философов, писателей и поэтов, о чем ниже.

Европейские ученые сталкива­лись в отношении изучения санс­крита с не меньшими трудностя­ми, чем Бируни в свое время. Когда в конце 18 века в Калькут­ту приехал основатель Азиатско­го общества Уильям Джонс (1746 — 1794), он долго и безуспешно пытался уговорить разных брах­манов обучить его санскриту за большое вознаграждение. Нако­нец, после долгих мытарств ему удалось найти цирюльника, знаю­щего священный язык, и цирюль­ник стал учителем первого евро­пейского санскритолога. Именно Уильям Джонс обратил внимание на сходство санскрита с европейс­кими языками, и прежде всего с языками классическими — древ­негреческим и латынью. Он пи­сал: «Независимо от того, на­сколько древен санскрит, он обла­дает удивительной структурой, он более совершенен, чем греческий язык, более богат, чем латинский, и более изыскан, чем каждый из них, и в то же время он носит столь близкое сходство с этими двумя языками, как в корнях гла­голов, так и в грамматических формах, что оно вряд ли может быть случайностью; это сходство так велико, что ни один филолог, который занялся бы исследовани­ем этих языков, не смог бы пове­рить тому, что они произошли из общего источника, которого уже не существует».

Гипотеза У. Джонса нашла свое подтверждение в 19 веке, ког­да в Европе, и прежде всего в Германии и Англии стала активно развиваться санскритология. Изу­чение санскрита послужило обна­ружению родства индоевропейс­ких языков и утверждению срав­нительно-исторического метода в языкознании. Отцом немецкой санскритологии был выдающийся романтик Ф. Шлегель (1772­1829), автор трактата «О языке и мудрости индусов» (1809). Это сочинение послужило распростра­нению широкого интереса к ин­дийской культуре среди романти­чески настроенной немецкой ин­теллигенции того времени. Роман­тикам особо был присущ интерес к языку, в изучении его они виде­ли ключ к познанию духа того или иного народа. И не случайно, что Германия стала родиной срав­нительно-исторического языкозна­ния, и здесь был открыт факт об­щего происхождения германских, славянских, балтийских и прочих языков с санскритом. Сходство между ними распространяется и на словарный состав, и на грам­матическую структуру языка. С этим сходством сталкивается и русский человек, когда он изуча­ет санскрит. Приведем примеры из лексики: jiv жить, ра пить, plu плавать, bhu быть, mar умирать, vid знать, ведать, sad сидеть, agni огонь, dama дом, dvar дверь, matar мать, vayu ветер и т. д. (Хотя в отношении лексики из европейс­ких языков наибольшое сходство с санскритом имеет литовский язык, в нем 80% корней имеют этимологическое соответствие с санскритом, а в русском только 30%).

С открытием родства индоев­ропейских языков встал вопрос и о праязыке — их общем предке. Шлегель считал, что именно санс­крит и был этим праязыком.

Однако вскоре ученые от тако­го взгляда отказались, хотя и признавали санскрит языком, наи­более близким праиндоевропейскому. Выдающимися санскритоло­гами последующих десятилетии 19 века были Ф. Бопп, П. Дейссен, Р. Гарбе, М. Мюллер. Новые открытия в лингвистике в конце 19 века поставили под вопрос те­зис об архаичности санскрита. На­конец, в начале 20 века был от­крыт хеттский язык, памятники на котором восходят к 18 веку до нашей эры, и это заставило окон­чательно отказаться от взгляда на санскрит как на самый древний из индоевропейских языков. Хотя, конечно, это не снизило важность изучения санскрита.

В 20 веке большое значение изучению санскрита придавалось в Третьем Рейхе, что связано с ок­культными и ариософскими изыс­каниями нацистских идеологов. Этому способствовало то, что Гер­мания была центром мировой сан­скритологией в любом, даже са­мом заштатном университете, обя­зательно был профессор санскри­та. Знатоками санскрита в нацист­ской Германии были основатель геополитики К. Хаусхофер, осно­ватели легендарной оккультной организации «Аненэрбе» профес­сора Г. Вирт и Виллигут.

В 19 веке, особенно во второй половине, изучение санскрита в России стояло на достаточно вы­соком уровне. Первым русским санскритологом был замечатель­ный, высоко эрудированный уче­ный и полиглот, преподаватель Московского университета П. Я. Петров (1814-1875). По воспоми­наниям современников, Петров го­ворил и писал на санскрите как на живом языке и даже перево­дил на него Байрона. Петров оста­вил после себя целую плеяду уче­ников. Среди них такие знамени­тые ученые, как Ф. Ф. Фортунатов (1848-1914), В. Ф. Миллер (1848­1913), Ф. Е. Корш (1843-1915).

Они активно использовали санск­рит в рамках сравнительно-исто­рического языкознания. Достиже­нием было издание в 1855-1875 и 1879-1889 гг. Большого и Малого словарей санскрита в Санкт-Пе­тербурге. Много занимались санс­критом и представители знамени­той Петербургской школы ориен­талистов И. П. Минаев (1840­1890), Ф. И. Щербатской (1866­1942)и С. Ф. Ольденбург(1863­1934). Надо отметить, что изуче­ние санскрита в ту пору стояло на гораздо более высоком уровне и было шире распространено, неже­ли чем сейчас. Санскрит препода­вался не только в Московском и Санкт- Петербургском универси­тете, но и в университетах про­винциальных: в Одессе, Казани, Саратове и Дерпте, причем препо­давали его высококлассные уче­ные, например, в Дерпте занятия вел замечательный лингвист И. А. Бодуэн де Куртенэ (1845-1929).

Начало 20 века — это знаме­нитый «серебряный век» русской культуры, и мистические настрое­ния все шире распространяются среди русской интеллигенции, многие из которых обращаются к мудрости Востока. Но это обраще­ние происходит не только через чтение популярных брошюр, но и через изучение языка священных текстов, прежде всего, санскрита и родственного ему пали, и через знакомство с ними в оригинале. Известно, например, что Иннокен­тий Анненский обучался санскри­ту у И. П. Минаева, Блок — у С. Леви, Брюсов — у Фортунатова, Вяч. Иванов — у Ф. Де Соссюра, изучали санскрит и А. Белый, Го­родецкий, Хлебников (поступил в университет на санскритское от­деление). Хорошо знал санскрит К. Бальмонт, его перу принадле­жат замечательные переводы драм Калидасы «Шакунтала» и «Мужеством обретенная Урваши», а также поэмы Ашвагхоши «Жизнь Будды».

Русская санскритология про­должила существовать и после Октябрьской революции, но в тридцатые годы ей был нанесен серьезный удар. Наше партийное руководство стало считать, что изучение санскрита и древнеин­дийской философии только отвле­кает от изучения современной Индии и индийского национально-освободительного движения, а по­тому тот, кто изучает санскрит — пособник английского империа­лизма. Щербатской и Ольденбург были отстранены от научной рабо­ты, большинство санскритологов, сохранивших верность настоящей науке, были арестованы, осталь­ным запретили заниматься санск­ритом. В области индийского язы­кознания был и свой Лысенко — А. П. Баранников (1890-1952).

Баранников учился санскриту у Ольденбурга и Щербатского, но затем предал своих учителей и сделал себе карьеру на нападках на них как на буржуазных уче­ных. После разгрома Петербургс­кой школы он стал монополистом в области санскритологии, что привело к падению качества его научных трудов. Хотя для спра­ведливости отметим, что у Баран­никова были свои заслуги в изу­чении новоиндийских языков и цыгановедении.

Возрождение санскритологии и индологии вообще после погрома тридцатых годов началось в конце 50-начале 60 годов и во многом оно было связано с возвращением в СССР в 1957 году крупного во­стоковеда и автора многотомного тибетско-санкритско-англо-рус-ского словаря Ю.Н. Рериха [1902­1960), сына знаменитого художни­ка Н. К. Рериха. Ученицей Ю.Н.Рериха была Т. Я. Елизаренкова, видный специалист в облас­ти ведийского языка, переводчик Ригведы и Атхарваведы. С 1950 года стали под руководством В. И. Кальянова стали издаваться переводы книг «Махабхараты». В 1960 вышла книга В. В. Иванова и В. Н. Топорова «Санскрит», а в 1978 году был издан «Санскритско-русский словарь» В. А. Кочер­гинои с приложением краткого грамматического очерка, написан­ного А. А. Зализняком. К настоя­щему времени этот словарь вы­держал два переиздания.

Сейчас в России изучение сан­скрита ведется в университетах Москвы и Санкт-Петербурга, боль­шая исследовательская работа про­водится в институте востоковеде­ния РАН. Трудности, переживае­мые нашей страной, сказываются и на санскритологии и проявля­ются, главным образом, в недо­статке финансирования. Однако, как у всякого дела, у изучения санскрита есть свои энтузиасты, и они спасают положение.

Во всем же мире санскрит привлекает все большее внимание и в научных кругах, и среди лю­бителей-индологов, что связано с общим ростом интереса к тради­ционной индийской культуре. Свидетельством этого стала Деся­тая международная конференция по санскриту, прошедшая 3-9 ян­варя 1997 года в городе Бангалор и собравшая несколько сот деле­гатов из разных стран мира, на которой была принята резолюция с предложением объявить 2000 год годом санскрита. На этой кон­ференции, помимо всего прочего, обсуждались и проблемы компью­теризации санскрита. Так что сан­скрит, хотя и древний, остается вечно живым языком и не теряет своего значения и в наше время.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ


Бана. Кадамбари.— М.: Ладомир, 1995.

Барроу Т. Санскрит. — М.: Наука, 1976.

Бируни. Индия: Пер. с араб. — М.: Ладомир, 1995.

Бонгард-Левин Г. М. Ильин Г. Ф. Древняя Индия. Ис­торический очерк. — М.: Наука, 1969.

Вигасин А. А., Елизаренкова Т. Я., Захарьин Б. А. и др. X Международная конференция по санскриту// Вос­ток. — 1997. — № 3.

Елизаренкова Т. Я. Ведийский язык// Лингвистический энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия, 1990.

Ее же. Грамматика ведийского языка. — М.: Наука, 1982.

Иванов В. В., Топоров В. Н. Санскрит. — М.: Наука, 1960. Индуизм. Джайнизм. Сикхизм. — М.: Республика, 1996.

История отечественного востоковедения с середины 19 века до 1917 года. — М.: Восточная литература, 1997. Классическая поэзия Индии, Китая, Кореи, Вьетнама, Япо­нии.— М.: Художественная литература, 1977.

Кочергина В. А. Санскритско-русский словарь. — 3-изд., испр. и доп. — М.: Филология, 1996.

Ее же. Учебник санскрита.— М.: Филология, 1998.

Пименов В. А. Возвращение к дхарме. — М.: Наталис, 1998.

Ранняя буддийская философия. Философия джайниз­ма.— М.: Восточная литература, 1994. Санскрит. — СПб.: Лань, 1999.

Топоров В. Н. Санскрит// Лингвистический энциклопе­дический словарь. — М.: Советская энциклопедия, 1990.

Его же. Санскрит и его уроки// Древняя Индия. Язык, культура, текст. — М.: Наука, 1985.

Шиммель А. Мир исламского мистицизма. — М.: Алетейя, 1999.

Macdonell A. A Sanskrit Grammar for Students. — Oxford, 1926.

Thumb A., Hauschild R. Handbuch des Sanskrit, I — II, Heidelberg, 1953 — 1958.


 

 
 

Исторический журнал Наследие предков

Фоторепортажи

Фоторепортаж с концерта в католическом костеле на Малой Грузинской улице

cost

 
Фоторепортаж с фестиваля «НОВЫЙ ЗВУК-2»

otkr

 
Фоторепортаж с фестиваля НОВЫЙ ЗВУК. ШАГ ПЕРВЫЙ

otkr

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100