Home Книги Социализм интеллектуалов. - Социалистический обман. Предисловие ко 2-му французскому изданию 2001 г.

Книги

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

ББК63.3(2)4+71 А 88

Печатается по решению редакционно-издательского совета Курского государственного университета

Рецензенты: Л.М. Мосолова, доктор искусствоведения, профессор РГПУ им. А.И. Герцена; З.Д. Ильина, доктор исторических наук, профессор КСХА

А 88 Арцыбашева Т.Н. Русь-Росия-Московия: от хакана до го­сударя: Культурогенез средневекового общества Центральной Рос­сии. - Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2003. -193 с.

ISBN 5-88313-398-3

Книга представляет собой монографическое исследование этно­культурного и социально-государственного становления Руси-России, происходившего в эпоху средневековья в центре Восточно-Европейской равнины - в пределах нынешней территории Централь­ной России. Автор особое внимание уделяет основным этапам фор­мирования историко-культурного пространства, факторам и циклам культурогенеза, особенностям генезиса этнической структуры и типа ментальности, характеру и вектору развития хозяйственно-экономической и социально-религиозной жизни, процессам духовно-художественного созревания региональной отечественной культуры в самый значимый период ее самоопределения.

Издание предназначено преподавателям, студентам и учащимся профессиональных и общеобразовательных учебных заведений, краеведам, историкам, культурологам и массовому читателю, инте­ресующемуся историей и культурой Отечества. На первой странице обложки - коллаж с использованием прославлен­ных русских святынь: Владимирской, Смоленской, Рязанской, Федоровской и Курской Богородичных икон.

На последней странице обложки - миниа­тюра лицевого летописного свода XVI в. (том Остермановский П., л.58 об.): «Войско князя Дмитрия выезжает тремя восточными воротами Кремля на битву с ордой Мамая».

© Арцыбашева Т.Н., 2003

© Курский государственный университет, 2003

 

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

Журнал «Ориентация»

Полезные ссылки


Северная Корея

Социализм интеллектуалов. - Социалистический обман. Предисловие ко 2-му французскому изданию 2001 г. PDF Печать E-mail
Автор: Александр Скирда   
11.06.2016 19:50
Индекс материала
Социализм интеллектуалов.
Порицатель «капиталистов знания»
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ И КОММЕНТАРИИ
Социалистический обман. Предисловие ко 2-му французскому изданию 2001 г.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ И КОММЕНТАРИИ
Библиографическое послесловие
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ И КОММЕНТАРИИ
Все страницы

 

Социалистический обман.

Предисловие ко 2-му французскому изданию 2001 г.

Что происходит с книгой, подобно мушкетерам Александра Дюма, двадцать лет спустя после ее издания?1 Ответ зависит от подтверждения обоснованности интереса, который она представляет, и ее актуальности. Богатый событиями конец XX столетия был отмечен неожиданным переворотом в ценностях, вызванным исчезновением реально существовавшего социализма и видимым триумфом либерального капитализма. Это произошло не без усиления тенденции к замешательству в умах, уже просматривавшейся в манипуляции значениями, которую олицетворяет в наших глазах термин «фасадность», используемый архитекторами и урбанистами для обозначения перестройки старого здания, при которой оно полностью разрушается изнутри, но при этом сохраняется фасад. Иначе говоря, это метод, используемый для того, чтобы выхолостить из слов их истинное содержание. Рассмотрим это явление в масштабах Франции.

* Знаменитый французский священник выступает всячески в пользу обездоленных

Одна из настенных надписей мая 1968 призывала «воображение к власти»! Это пожелание в духе поэта Артура Рембо было удовлетворено, но не в творческом или игровом смысле, который в него тогда вкладывался, а напротив, лукаво и антагонистически: думающие головы, которые нами правят, и находящиеся при них мастера по созданию общественного мнения сумели приспособить свой шаблонный язык к «постмодернизму» и разработать «бархатный язык», систематически использующий эвфемизмы, цель которого - сглаживание социальных шероховатостей. Так, сегодня не принято говорить «начальник отдела кадров» или «заведующий отделом в магазине», а «директор по людским ресурсам» и «менеджер». Слово «забастовка», несущее в себе напряжение, все чаще пытаются заменить выражением «социальное движение», неопределенным по своей сущности. Среди самых замечательных находок последнего времени приведем термин «облегчи-тель» («менеджер по созданию благоприятных условий»), использующийся для обозначения человека, на которого возлагается обязанность улаживать рабочие конфликты между дирекцией и персоналом! Параллельно с этим слова и выражения, ставшие устаревшими или компрометирующими, исчезают из политической терминологии, как, например, «диктатура пролетариата», «научный социализм» и «исторический материализм». Таким образом, необходимо постоянно подтверждать «правильность употребленного названия» для использованных слов.

Рассмотрим термин социализм. Что осталось от его когда-то существовавшей программы, кроме показного внимания, в духе аббата Пьера*, к «социальной проблематике» и демагогического искусства не плодить недовольных, следующего ритму избирательных кампаний? Он все больше похож на нож «без лезвия, и которому к тому же не хватает ручки» из известного афоризма Лихтенберга! Что касается термина интеллектуал, он испытал различные изменения: он был поочередно обязательно «левым», партийным, органическим, замешанным, критическим, умократом, пролетароидом (?!), а в последнее время стал «терминальным» (сокращенно Т.И.)!

* Квартал Парижа, считавшийся с 1950 г. столицей левых интеллектуалов

Таким образом, необходимо снова напомнить точное значение «социализма интеллектуалов»: это - идеологическая система, возникшая в XIX веке и стремящаяся к уничтожению эксплуатации человека человеком, то есть власти капиталистических собственников на средства производства, чтобы заменить их на рабочий класс, носителя социального прогресса, пришествие которого должно стать началом свободного общества производителей. Это должно произойти путем завоевания государственной политической власти партией, объединившей самых сознательных представителей индустриального пролетариата, его авангард. Интеллигенция должна помочь этому авангарду осуществить эту сложную миссию. В действительности эта «помощь» не была бескорыстной и скрывала собственные амбиции «работников умственного труда» стать на место прежних собственников, чтобы продлить существование эксплуататорского строя в свою пользу. Так Ян Вацлав Махайский анализировал социализм и тех, кого мы определили как «капиталистов знания», использующих свою компетенцию, чтобы осуществлять функции руководства и управления в современном обществе, как «капитал», с которого они получают ренту всю свою жизнь и который они могут, кроме того, передать по наследству. Капиталистическое общество расслаивается вследствие этого между двумя антагонистическими полюсами труда: сложные и умственные задачи сосредоточены в мозгах небольшого числа интеллектуалов, тогда как на противоположном полюсе задачи крайне упрощены, сводятся к физической работе и не требуют никакой инициативы. Иначе говоря, с одной стороны - командование тех, кто «знает», с другой - механическое подчинение «непросвещенных». Речь идет не только об интеллигентах из Сен-Жермен-де-Пре*, профессиональных «подписантах петиций», часто покрывавших в порыве «доброты душевной» самые худшие преступления во имя счастья человечества, а обо всех тех, кто идет на службу к власти, какой бы она ни была, лишь бы их «выдающиеся знания и способности» были признаны и оценены. Напомним определение, которое им дал Жорж Сорель: «Интеллектуалы не являются, как часто говорят, людьми, которые мыслят: это люди, для которыхмыслить стало профессией и которые взимают аристократическую зарплату под предлогом благородства этой профессии»2. Кроме существенной прибыли, они пользуются социальным статусом «неприкасаемых», поскольку трудятся во благо общества, проявляя очевидное предпочтение к пресвятой «государственной службе». Следует, разумеется, проводить различие между умственной деятельностью, на которую способен каждый, и ее отдельным использованием, то есть ее профессионализацией в экономических, социальных и политических рамках.

Дипломы и специальное образование заменяют дворянские и продажные должности прошлых времен. Можно ли считать капиталиста знания, ставшего «капиталистом имущества», синонимом интеллектуала? К сожалению, по-видимому, можно, так как, выйдя из своей ниши, где зачастую он уже достиг своего «порога некомпетентности», он изгоняет всякое любопытство и располагает только собственным самодовольствием и самоуверенностью, для того, чтобы понять реальную жизнь людей. Что касается его политического идеала, он стремится к всеобщему социальному контролю, воплощенному в государстве, а лучше всего в государственном социализме, открыто признанном или нет, лишь бы он был гарантом его заслуг и завоеванного положения. Исследование Махайского попадало прямо в точку, а также в самую гущу этого нового, восходящего и господствующего класса работников умственного труда, кем бы они ни были - принимающими решения, управляющими, директорами того или иного предприятия, выпускниками самых престижных учебных заведений, официальные и партийные идеологи и т .д., то есть руководящей элитой, а также всеми теми, кто берет на себя осуществление ее решений и обеспечивает функционирование всей системы.

Наш французский текст был написан в декабре 1978 года, то есть как раз после разрыва Союза левых сил и его поражения на выборах. Тем не менее, в его заключительной части мы писали о ситуации во Франции: «Само собой разумеется, что активисты социал-демократии приплясывают от нетерпения прошествовать когортами по коридорам власти и получить возможность показать, наконец, свое умение. Подрастающие поколения сгорают от нетерпения, чтобы показать себя и спешно открещиваются от прошлых поражений старших поколений. Главное для них собрать плоды своей образованности, придать вес своему "капиталу" компетентности». Не будучи провидцем, автор этих строк смог, опираясь на то, что мы называем «социально-политическим законом Махайского», предвидеть последующие события, хотя видимость не была многообещающей. Действительно, менее чем три года спустя один макиавелли из Шаранты (Франсуа Миттеран), несравненный политик, не лишенный некоторой гениальности, привел, наконец, социализм и его союзников к власти.

Большой пир 1981

В один благословенный майский день этого года долгое ожидание, наконец, закончилось. Ушло в прошлое трогательное воспоминание о Народном фронте 1936 года вместе с неделями оплачиваемого отпуска и блокадой республиканской Испании, брошенной на откуп маврам Франко - при поддержке артиллерии Муссолини и нацистской авиации, Испании, получившей удар ножом в спину от Сталина. Прощай, радостное воспоминание о движении Освобождения, которое позволило сталинистам - союзникам и сообщникам Гитлера с сентября 1939 по июнь 1941 - выглядеть настоящими демократами и превратить страну на многие годы в духовного сателлита Москвы. Привет, Республиканский фронт 1956 года, который должен был положить конец войне в Алжире и который привел де Гол-ля к власти. Здравствуй, человек с розой в руке, который смел с пути всех этих неудачников Истории во имя торжества Социализма. Он совершил, впрочем, победный марш в Пантеон, чтобы поприветствовать дух предков. Многие из его верных сторонников зашли даже так далеко, что стали размахивать деревянной саблей разрыва с капитализмом! Сулили золотые горы: общая программа правительства со своими 110 мероприятиями должна была изменить общество. Действительно, некоторые из них были проведены в жизнь, в частности национализация ряда хромавших промышленных предприятий и компаний, выкупленных по высокой цене у счастливых владельцев, довольных, что так хорошо от них избавились. Но добычей стали, в особенности, места и должности во всех административных службах и на всех государственных предприятиях: их было создано сотни тысяч в «государственном секторе». Среди первых, кто воспользовался этим, были, конечно же, члены победившего лагеря и те, кто их поддерживал, не забыли также друзей и друзей своих друзей. Разные ассоциации и полуофициальные организации, в задачу которых входило поддерживать пламя энтузиазма сторонников, получили различного вида субсидии. Между тем, в отличие от «системы трофеев», господствующей, например, в Соединенных Штатах, где победившая партия завладевает в свою очередь ключевыми постами в государстве, в нашей красивой Франции с сильными государственными традициями, установившимися со времен Кольбера, создателя абсолютной монархии, и Наполеона, коронованного якобинца, занятые места и должности становятся настоящими неприступными крепостями.

В 1978 году мы стали свидетелями «развития так называемых гуманитарных наук, готовящих в избытке "социальных работников", призвание которых временно подлатать слабые места системы: "целые батальоны социологов, психологов, урбанистов и других специалистов по психологической обработке» населения. В настоящий момент мы можем уточнить это приблизительное количество: речь идет не о «батальонах», ни даже не о полках, а о целых дивизиях, о настоящей армии умственных работников, которым вменялось в обязанность заделывать дыры в системе - стать, в какой то мере, «облегчителями», если воспользоваться словом из современного бюрократического жаргона.

Конечно же, подобная чрезмерная плодовитость не обошлась без задней мысли о выборах: следовало прочно привязать этот контингент к правительственному кораблю. Однако официальный представитель правительства Макс Галло выразил наивную озабоченность по поводу «молчания левой интеллигенции» и пожелание, чтобы эта страна «вновь стала местом брожения мысли». Ох, уж эти неблагодарные, которых осыпали милостями, а они ропщут, вместо того, чтобы целовать руку господина, по крайней мере, в уме! Газета Ле Монд, официальный орган интеллектуалов, откликнулась на эту жалобу и напечатала несколько статей на эту тему. Наиболее примечательной, на наш взгляд, была статья Жака Селляра, озаглавленная «Немного нечистая совесть», в которой автор указывал, что Макс Галло «поднял на ноги кролика, который может заставить нас бежать за ним гораздо дальше, чем это предполагалось поначалу». После пространного изложения ситуации Жак Селляр высказал пожелание, чтобы во Франции завязалась «широкая идейная дискуссия», отмечая при этом, что, «к сожалению, пока раздаются только слова, поднимающие пыль, и незрелые суждения. Иначе говоря, болтливое молчание». Статья заканчивалась цитатой из Махайского и его критикой «капиталистов знания»3. Со своей стороны, мы предложили в одном из либертарных изданий другое объяснение явления «молчание пресытившихся», в котором мы отметили, напротив, «оглушительный звук челюстей»4. Начиная именно с этого времени, во французском языке появилось выражение «лососевые» или «черно-икорные левые», обнажающее связи между социалистами и деловыми кругами. Открытие золотых тайников республики и дегустация капуанских деликатесов повлекли за собой невероятный поворот в сторону афер, по сравнению с которым скандалы прежних республик, как, например, скандал с Панамским каналом, дело Ставиского или афера с пиастрами, выглядят невинными детскими забавами. Социалисты стали похожими на своих предшественников радикал-социалистов, которые господствовали в III-й республике и их можно также сравнить с редисом: «красный снаружи, белый внутри и на тарелке всегда рядом с маслом»! Это произошло таким образом, что их противники из лагеря правых не смогли высказать свое добродетельное осуждение, поскольку сами были в такой же переделке и имели в своем активе не меньше подобных скандалов. Рука руку моет. Оба партнера с тех пор держат друг друга за бороду, а поскольку они часто посещают одни и те же масонские ложи, то оказывают друг другу еще и услуги. Амнистия для самих себя, за которую единогласно проголосовали депутаты в 1989 году по указке «социалиста-правдолюба» Мишеля Рокара, тому доказательство. Случившийся несколько позже пожар в центральном помещении банка Креди Лионнэ, несмотря на свой преступный характер, остался по сей день нераскрытой тайной, должно быть потому, что многих это устраивает. Отметим по этому поводу также появление нового выражения из «бархатного» языка: «личное обогащение» для обозначения кражи или хищения средств, осуществленного политическим деятелем. Ах, какие цветистые риторические украшения для таких простых вещей! Но ведь это так важно -не ранить слух названиями преступлений из криминального кодекса. Как бы там ни было, эта система была прикрыта со всех сторон: дружественная пресса и даже пресса противостоящих партнеров была тщательно «подмазана» или захвачена в собственные руки, как и профсоюзы и другие близкие им организации. Все происходило как в добрые старые времена III-й республики. Несмотря на это, некоторые заартачились и появились неплохие журналистские расследования5, и даже судьи, возмущенные подобным количеством непорядочных поступков, стали разыгрывать из себя «белых рыцарей» и возбудили несколько дел о «хищениях и злоупотреблениях общественной собственностью». Таким образом, свет не без добрых людей и можно не терять окончательно веру в человеческую природу.

Ужасная новость: Падение берлинской стены в 1989 году

Достаточно было, чтобы в прусско-социалистической Германии народ, «не избранный властью», как говорил в свое время Бертольд Брехт, вышел на манифестации на протяжении нескольких недель, чтобы обрушилось прогнившее здание режима, не только там, на месте, но и в оплоте социализма Московской империи. Чрезвычайное событие, до которого многие не надеялись дожить! Тем не менее, падение тюрьмы народов далеко не всех осчастливило в среде левых, в «братских» партиях и даже в лагере капиталистических противников. Действительно, «великая ложь», поддерживаемая с терапевтическим рвением на протяжении десятилетий, разлетелась в пыль: до сих пор все держалось на мифе о строительстве социализма, конечно, несовершенного, прошедшего через всяческие превратности и в особенности через «чудовищное» сталинское отклонение, на которое списывали все зло, но все-таки в его основе должно было быть что-то хорошее, и он должен был раскаяться, стать «человеческим». А потом «суп с котом», все это было так далеко во времени и в пространстве, что можно было пускаться в фантасмагории в свое удовольствие и утверждать, что попало. Но вот все это обрушилось. Прощай, «алиби, чистая совесть и воздушные замки»! Капиталистические противники также были огорчены, так как, кроме удачных сделок, которые они могли заключать с государственным капитализмом восточных стран, мало эффективным в экономическом отношении, его существование служило им для того, чтобы отбить у их собственного населения всяческую охоту к недовольству существующим порядком, поскольку позволяло сказать «посмотрите, добрые люди, к чему это может вас привести!».

С этого момента стало невозможным отрицать явную правду, выстраданную народными массами тех стран. Пришлось признать, что это была тоталитарная система, бесчеловечная и преступная, такая же, как и ее национал-социалистическое (сокращенно, нацистское)6 alter ego, одновременно сообщническое и враждебное. Вспомним в этой связи о трудностях, которые испытывал основатель советологии Борис Суварин, чтобы издать в 1935 году свою главную книгу о Сталине. Когда Жорж Батай обратился к Андре Мальро, в то время самому влиятельному в редакционном комитете издательства Галлимар, с просьбой о поддержке, тот ответил: «Я думаю, что вы правы, вы, Суварин и ваши друзья, но я буду с вами, когда вы станете самыми сильными»7. Так будущий квартирант Пантеона выразил саму суть того отношения, которое мы только что заклеймили.

Французские сторонники «реального социализма», неважно, были ли они сталинистами, троцкистами, маоиста-ми или членами других подобных сект, с восторгом открыли для себя формальную свободу выбрасывать на помойку труды своих властителей дум - Сталина, Троцкого, Мао и в меньшей мере Маркса, которые до сих пор они были обязаны глотать насильно с помощью таблеток аспирина (дело дошло до того, что сегодня эти произведения становятся библиографической редкостью!). Они в свое время обратились в веру и стали сообщниками системы, убийственной для человека и для свободы - тогда они были «модернистами». Теперь они стали «постмодернистами» и поменяли веру, кто на религию (из одного мракобесья в другое!), кто на массмедиа или на «бизнес». Некоторые проходят политическую переподготовку у социалистов, у зеленых или даже у правых.

Интеллектуальная «проституция», высшая стадия капитализма знания

Отметим, что их опыт борцов не был потерян: они научились маневрировать в хитросплетениях власти, даже мелкой, сколачивать группы, манипулировать собраниями, создавать направления и фракции, проталкивать решения на голосование, расщеплять волос на четыре или на восемь. Все эти умения помогают им теперь подниматься по социальной лестнице, вопреки «отказу от стремления добиться успеха» в буржуазном обществе, которым так гордились революционеры былых времен. Избавившись от обязательства соблюдать целомудрие, они могут предаваться самому большому распутству, добиваться успеха, зарабатывать деньги, стать добропорядочными и появляться в светском обществе. Это им не мешает при случае преподносить уроки нравственности и хорошего поведения. Каким доверием могут они еще пользоваться? Они совершили ошибку, в лучшем случае, сбились с правильной дороги, они врали и покрывали ложью, они ни о чем не сожалеют и не совершили акта публичного покаяния, они могут рассчитывать только на короткую память старшего поколения и на наивность молодых, принимая в свою очередь неофициальный закон «самозабывчивости».

В то время, когда писались эти строки, стало известно из газет о показательной и карикатурной иллюстрации этой эволюции: оказывается, «мыслители и предприниматели отмечают как раз свой медовый месяц». Из «выдающихся интеллектуалов» марксистско-ленинской закалки - писателей, философов - один пошел на службу к крупному капиталисту, другой стал «другом и биографом владельца большой фирмы», третий - «администратором промышленной группы и советником некоторых владельцев фирм». Мы узнали, таким образом, о существовании специального «агентства по использованию выдающихся личностей», деятельность которого состоит в том, что оно «предлагает предприятиям приходящих извне специалистов по организации конференций, круглых столов, конгрессов, конвенций, собраний по мотивации и другим коммуникативным операциям». По словам руководительницы агентства, «недавние аферы, которые всколыхнули политическую и экономическую среду, подтолкнули предприятия к размышлению над понятиями этики и ответственности. Они рассчитывают в огромной мере на философов, чтобы обогатить свои мысли»8. Оказываемые услуги не являются благотворительными, их стоимость колеблется от 1200 до 7500 евро за каждую. (Речь идет, конечно, об аристократических зарплатах, о которых говорил Жорж Со-рель). Это непременно наводит на мысль, что мы имеем дело о «предоставлении услуг» иного рода. Единственный вопрос, который можно себе ставить, именно в плане этики, это вопрос о том, что более серьезно: развращать свой благородный орган - мозг, или орган неблагородный - плоть?

Это - новое явление в стране Просвещения и прав человека, - а также обязанностей гражданина, что часто забывают указывать, - в стране, которая когда-то имела репутацию «самой остроумной в мире», возможно не без связи с тем фактом, что это также страна, которая является «чемпионом мира по транквилизаторам», и что критическая мысль в ней находится на уровне близком к нулю. Умы, которые нынче в моде, одеты в лакейские ливреи. Некоторые объясняют этот упадок влиянием майского движения 1968 года, что, по нашему мнению, неверно. Упадок вызван скорее теми, кто воспользовался этим движением, так как это было спонтанное движение молодежи, направленное против «современности», которую ей готовили; в своей основе оно было либертарным, а не примиренческим, как многие пытались это представить впоследствии. Редчайшее явление: к растерянности всех этих политиков, «король оказался голым», то есть государство полностью исчезло на целых три недели!9 Философская мысль, даже если она считала себя передовой, в этом никак не была замешана и ошибалась, когда считала, что наступил ее славный час, что не помешало ей извлечь из этого пользу в институционном плане.

Самое крупное ограбление XX века в «раю для трудящихся»

Что касается плачевной судьбы населения бывшего Советского Союза, его недавние горячие сторонники заботятся об этом, как о прошлогоднем снеге. Советская экономика была ориентирована главным образом на развитие тяжелой индустрии - пресловутого военно-промышленного комплекса, имея целью завоевание «свободного капиталистического мира». «Пролетарский интернационализм» прикрывал в то время эти империалистские устремления. После жалкого провала попыток сравняться с западной технологией и несчастья, в которое они ввергли страну, мы увидели с изумлением, как бывшие предводители Московской коммунистической партии выпрашивали субсидии и призывали на помощь лучших экспертов международного капитализма по экономике, в частности экспертов Международного Валютного Фонда. Те предлагали рецепты структурной перестройки, предназначенные для стран третьего мира: разрушение государственного аппарата, строгую экономию средств, освобождение цен, сокращение социальных расходов, закрытие нерентабельных предприятий, массовую приватизацию, и т. д. Все это происходило исключительно в пользу номенклатуры - верхушки советской интеллигенции, которая держала в своих руках рычаги управления и которая объединяет в своих рядах вперемешку тех, кого называют «новыми русскими», «олигархами», многочисленные мафиозные структуры и кадры бывшего КГБ, находящиеся сегодня официально у власти. То есть, в общих чертах, речь идет о тех же людях, что и раньше, только называют их теперь «либералами», «демократами» и т. д. «Капиталисты знания» стали просто «капиталистами», захватив в свою личную собственность то, чем они уже и так располагали раньше.

Последствия таких конских доз лекарств и того, что некоторые назвали «самым крупным ограблением века», не заставили себя ждать: цены на продукты питания значительно выросли, накопились задержки в выплате зарплат и пенсий, социальное обеспечение обанкротилось, и вследствие всего этого девять десятых населения оказались в самой глубокой растерянности и в состоянии обнищания -за чертой бедности, на уровне стран третьего или даже четвертого мира. Все это произошло потому, что в 1917 несколько фанатичных интеллектуалов захотели диктовать обществу законы сверху, используя при этом самую неистовую демагогию и устранив при помощи невиданного свирепого террора любую попытку народной самоорганизации на основе объединения и кооперации.

Удастся ли социалистам спасти капитализм?

Следует ли твердить снова и снова о том, что капитализм - это слепая и глухая машина, которая давит все на своем пути во имя еще более высокого и быстрого дохода, максимальной рентабельности, не испытывая при этом никаких чувств. Он использовал замечательные успехи науки и техники, достигнутые на протяжении последнего столетия, исключительно ради этой цели. Самые последние его достижения на острие прогресса в области коммуникации имеют целью сделать мысль быстрой, легкой, двоичной, в случае надобности пиктографической, устранив тем самым необходимый в обычных условиях процесс размышления. Греки, создавшие самую высокую для некоторых, в том числе для нас, человеческую цивилизацию, различали два типа забот у человека: выше и ниже пояса.

В господствующей системе преобладают последние: здесь господствует самый грязный и отвратительный, самый патологический и надоедливый расчет. «Продать» и «продаться» - вот ее лозунг. Что посеешь, то пожнешь, и каждый день мы постоянно видим результаты этого выбора и этих преступлений: в дегуманизации человеческих отношений, в окружающей среде, в питании, в повседневной жизни. Америка задает тон при помощи «большой дубинки» и своих «американских одурений» во всех изображениях жизни. Ее экономика стала барометром для всей планеты, привязанной постоянно к курсу доллара и колебаниям Уолл-Стрита. А всесильный доллар, ставший мировым валютным эталоном, представляет собой всего лишь клочок бумаги и имеет ценность только благодаря доверию, которое к нему по собственной воле питают, с тех пор как в 1971 году американский президент Ричард Никсон упразднил его золотое обеспечение, покрывавшее в то время четверть денежной массы, находившейся в обращении. Чтобы понять это, вовсе не нужно иметь диплом политолога. Все это полностью виртуально и служит основой для отдельных спекуляций, связанных с влиянием того или иного лобби, не говоря уже об огромной доле «грязных» денег, отмываемых в мировой финансовой системе. Отдельные пузырьки, составляющие этот огромный финансовый пузырь, регулярно лопаются, над ним висит угроза краха, и придется найти решение, которое соответствовало бы реальной ценности производимых благ.

Как бы там ни было, западное общество потребления почти полностью покрывает все потребности, недостаточность удовлетворения которых лежала в основе социалистического проекта. Поскольку система не может процветать на пустом месте, она постоянно создает царство видимого, в котором ничтожество соперничает с легкомыслием. Это происходит в ущерб качеству действительных потребностей и природных ресурсов, которые бессмысленно расходуются. Этот безумный рост становится все более похожим на гонку к пропасти. Человек - самый большой хищник по отношению к своей планете и к самому себе: люди используют самые худшие средства, чтобы с легкостью убивать друг друга в гражданских, этнических и религиозных войнах, пришедших на смену прежним войнам между государствами, но ничуть не уступающим им в варварстве. Быстрый рост населения на африканском, азиатском и южно-американском континентах, поддерживаемый религиями в поисках паствы и государствами, нуждающимися в налогоплательщиках и пушечном мясе, не предвещает ничего хорошего для все более неуверенного будущего. Если не наступит изменений, все это дает основания опасаться даже за само выживание человеческого рода. Что предлагают социалисты перед лицом всех этих опасностей и подводных рифов? Никакого долгосрочного анализа, никакой положительной перспективы. Только самовнушение по методу знаменитого французского аптекаря Куэ: «Дела идут плохо? С нами все будет лучше!» То есть небольшие реформы там и сям, подправить штукатурку на фасаде общества, а на самом деле, спокойное управление, на глазах у всех, существующей системой, никакой альтернативы, чтобы перейти от «руководства людьми к управлению вещами», цели, которая была поставлена первыми социалистами XIX века, заботясь исключительно о приобретении себе тепленьких и выгодных местечек. В этом состоит их огромная ответственность, полностью оправдывающая критику со стороны Махай-ского.

Александр Скирда, февраль 2001 г.10

 



Обновлено 11.06.2016 20:27
 
 

Исторический журнал Наследие предков

Фоторепортажи

Фоторепортаж с концерта в католическом костеле на Малой Грузинской улице

cost

 
Фоторепортаж с фестиваля «НОВЫЙ ЗВУК-2»

otkr

 
Фоторепортаж с фестиваля НОВЫЙ ЗВУК. ШАГ ПЕРВЫЙ

otkr

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100