Home №15 ТЬМУТАРАКАНСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Книги

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

ББК63.3(2)4+71 А 88

Печатается по решению редакционно-издательского совета Курского государственного университета

Рецензенты: Л.М. Мосолова, доктор искусствоведения, профессор РГПУ им. А.И. Герцена; З.Д. Ильина, доктор исторических наук, профессор КСХА

А 88 Арцыбашева Т.Н. Русь-Росия-Московия: от хакана до го­сударя: Культурогенез средневекового общества Центральной Рос­сии. - Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2003. -193 с.

ISBN 5-88313-398-3

Книга представляет собой монографическое исследование этно­культурного и социально-государственного становления Руси-России, происходившего в эпоху средневековья в центре Восточно-Европейской равнины - в пределах нынешней территории Централь­ной России. Автор особое внимание уделяет основным этапам фор­мирования историко-культурного пространства, факторам и циклам культурогенеза, особенностям генезиса этнической структуры и типа ментальности, характеру и вектору развития хозяйственно-экономической и социально-религиозной жизни, процессам духовно-художественного созревания региональной отечественной культуры в самый значимый период ее самоопределения.

Издание предназначено преподавателям, студентам и учащимся профессиональных и общеобразовательных учебных заведений, краеведам, историкам, культурологам и массовому читателю, инте­ресующемуся историей и культурой Отечества. На первой странице обложки - коллаж с использованием прославлен­ных русских святынь: Владимирской, Смоленской, Рязанской, Федоровской и Курской Богородичных икон.

На последней странице обложки - миниа­тюра лицевого летописного свода XVI в. (том Остермановский П., л.58 об.): «Войско князя Дмитрия выезжает тремя восточными воротами Кремля на битву с ордой Мамая».

© Арцыбашева Т.Н., 2003

© Курский государственный университет, 2003

 

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

Журнал «Ориентация»

Полезные ссылки


Северная Корея

ТЬМУТАРАКАНСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ PDF Печать E-mail
Автор: Леонид Гурченко   
30.08.2010 15:40
Индекс материала
ТЬМУТАРАКАНСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
Выводы
Название города Тмуторокань
Все страницы

Город Руссия и город Томы на Таманском полуострове

Для начала мы должны привести палеогеографические сведения о Таманском полуострове, где находилась древняя Тмуторокань, потому что указать ее место нахождений: на Таманском полуострове, на восточном берегу Кер­ченского пролива, на месте античного города Гермонассы, — для нашей темы недостаточно.

В древности Таманский полуостров представлял собой архипелаг остро­вов. Крупнейшими островами архипелага на побережье Керченского пролива были Фанагория и Гермонасса с одноименными городами по берегам (те­перь берег) Корокондамского озера, современного Таманского залива. На азовском побережье остров (или полуостров) образовывал Голубицкий останец коренного берега (1, с.60-63). Станица Голубицкая расположена в 8 км. западнее города Темрюка на азовском побережье, стоит на высоком холме.

В настоящее время становятся устойчивыми ученые мнения, основанные на историко-археологических свидетельствах, о том, что не на месте древнего Корчева-Керчи (2, с. 179; 3, с. 229, 233), а на месте Голубицкого городища находился рус­ский город, возникший в 30-х годах IX века и существовавший до ХIV века, который по данным византийских и латинских источников назывался Рос­сия или Руссия, а по арабским Русиййа (арабский мадинат Русиййа — «рус­ский город»).

Арабский географ XII века Ал-Идриси в своем труде «Развлечение страст­но желающего странствовать по землям» сообщает, что «от города Матраха (Тмуторокани) до города ар-Русиййа 27 миль (арабск.), что в сов-ременном измерении составляет 54 км. «Эта цифра точно соответствует  рас­стоянию от Таманского до Голубицкого городища». В то же время от Тамани до Керчи это расстояние оказывается преувеличенным на 33 км. (4, с.8, 9, 5, с.212, примеч. №30, 31; 223).

Сам город Тмуторокань или греческая Таматарха располагался на месте современной станица Тамань, на высоком береговом плато южного берега Таманского залива, на холме высотой 10-15 м. Расстояние до городища, с которым отождествляется античный город Фанагория — 25 км.

На территории Тмуторокани науке известна совокупность разновременных географических названий: древний греческий город Гермонасса — в ха­зарский период Матлука («освобожденная», «отпущенная на волю») — Таматарха-Матарха (крепость) — в хазаро-иудейский период Самкерц-Самкуш (в слове «Самкерц» можно различить — в др.-евр.транскрипции — два тюркско-хазарских корня: sam «высокий», «верхний» и kel, kal «кре­пость) — в русский Тъмуторокань (город) — в половецкий Матраха (город) — в татарский Матрика (город) — Тамань(крепость) — в генуэзский Матрега (город) (6, с.3; 5, с.211, примеч. №25, 219, примеч. №78, 221, 222; 7, с.401, примеч. №12; 8, с.80,81).

И все же византийские и арабские источники содержат сведения еще об одном топониме на территории Тмуторокани, который позволяет решить одну из традиционных проблем топонимики и лингвистики — происхождение названия «Тъмуторокань».

Византийский историк Феофан Исповедник (ок. 760 — 818) в своей «Хронографии» и патриарх Никифор (ок.758 — 829) в «Бревиарии» («Крат­кой истории»), описывая события 704/705 г. в Крьму и на Таманском по­луострове, называют селение Томы на восточном берегу Керченского про­лива, но ничего не говорят о Таматархе, название которой появилось в этом же VIII в., но, видимо, позже описываемых ими событий.

Ам-бен-Саид-Махреби при описании страны Черноморской уже, видимо, на столетие позже, называет город Руссию, упоминает об озере, не упоминая, однако, его названия, пишет о главном областном городе Тома на южном берегу этого озера (в древности Корокондамское озеро, совр. Таманский залив) и о городе Матерхе.

Первая попытка ввести в научный оборот свидетельства о городе Томы и Таманском полуострове была сделана старшим научным сотрудником Таманского музейного комплекса О. В. Богословским в статье «Из истории христианства на Таманском полуострове» (1, с. 10 и след.). Однако в статье отсутствует разбор древнейших свидетельств о городе Томы на Таманском полуост­рове, в то же время данные византийских авторов о Томах таманских и Томах фракийских на западном побережье Черного моря, а также данные Казачьего словаря-справочника, изданного в США в 1970 г. о тех же городах, сведены воедино об одном городе — о Томах таманских. Не приведены ученью мнения, основанные на древнейших свидетельствах, о Томах таманских, не использованы сведения Махреби об этих Томах и не учтена этимология Овидия для города Томы фракийского. Однако сделан вывод о том, что это название принесли на Таманский полуостров готы с западного берега Черного моря, при том, что история готов не дает оснований для такого вывода.

Остроготы, появившиеся в первой половине III в. на Таманском полуострове, не были до того на западном берегу Черного моря, во Фракии. Готы разделились в Северном Причерноморье на остроготов и визеготов. Первые расселились в области Меотиды (Азовского моря), вторые, визеготы, отдо­ившись, продвигались на Балканы, и только позднее к ним подошли готы из Меотиды, остроготы. Стефан Византийский (конец VI — начало VII в.) в своем этнографическом словаре говорит, что готы — это племена, «жившие прежде в области Меотиды, впоследствии они переселились во внешнюю Фракию» (9, 72-79). Так что на этом пути мы попадаем в тупик.

Для того, чтобы обрести ясность в вопросе о происхождении названия города Томы на Таманском полуострове, нужно начать с самого начала и рассмотреть древнейшие сведения о Томах и об этнической принадлежности населения на полуострове, которое могло дать название этому городу.

В 695 г. византийский император Юстиниан II был свергнут, ему отрезали нос и язык и выслали в город Херсон в Крыму. Юстиниан был глубоко религиозен: на монетах рядом с его именем стояло servus Сhristi (раб Христа), он был первым византийским василевсом, приказавшим на аверсе монет помечать изображение Христа. В то же время Юстиниан противился злу силой, а также искал своего. Живя в Херсоне, он в 704/705 г. решил вернуть царство. Тогда местные жители, «увидевши опасность со стороны империи, ре­шили либо убить его, либо выслать василевсу», императору Тиверию III Апсимару. Юстиниан спасся бегством к крымскому хагану хазар Ибузеру Глиабану (в греч. транскрипции). Тот принял его с великими почестями и отдал ему жены свою кровную сестру Теодору. Затем Юстиниан, отпросившись у хаган­а, уехал вместе с женой в Фанагорию, которая находилась на противоположном берегу Керченского пролива, на Таманском полуострове, на восточном берегу Таманского залива, в 1 км. к западу от современного поселка Сенной.

Город Фанагория в античный период был столицей азиатской части Боспора и свое название сохранял в VIII в. до хазарского времени.

Далее, услышав о месте нахождения Юстиниана, византийский император Апсимар послал к хагану Ибузеру, обещая ему множество даров, если он перешлет ему живого Юстиниана или хотя бы его голову. На что хаган согласился приказал хазарам Папацу и Валгипу убить Юстиниана, как только им дадут знать. Однако через слугу хагана об этом была извещена Феодора, все стало известно и Юстиниану. Тогда он, призвав к себе для беседы Папаца, задушил его петлей; так же он поступил и с Валгицем. Затем Юстиниан отсылает Феодору к ее отцу, а сам, тайно сбежав из Фанагории, прибыл в Томы. Там он погрузился на рыбацкое судно, дошел до Южного Крыма, встал на якорь недалеко от Херсона. Тайно послав в Херсон, Юстиниан взял с собой своих сторонников и отплыл вместе с ними, прошел маяк Херсона, потом проплыл устье Днепра и Днестра и направился к Дунаю, в Болгарию. В пути «подня­лась буря, все отчаялись в спасении. Тогда Миак, слуга его, сказал: «Вот, господин, погибаем мы, так дай Богу обет во имя твоего спасения не нака­зывать никого из твоих врагов, если Бог вернет тебе царство». Но в гне­ве отвечал ему Юстиниан: «да потопит меня Бог на этом месте, если я пощажу кого-нибудь из них». Невредимым вышел он из этой бури и вошел в реку Дунай». Вскоре он возвратил себе власть с помощью болгар.

Эти события передает византийский историк Феофан Исповедник в своей «Хронографии» (10, с.39, 40, 62, 63, 124, примеч. №108).

Бегство Юстиниана из Фанагории на Таманском полуострове передано Феофаном четко как путь в одну сторону, в тексте нет никакой двусмыс­ленности: движение передано как путь из пункта А в пункт Д через пунк­ты В и С, т.е. А-Б-С-Д, Фанагория — Томы — Херсон (путники проплыва­ют маяк Херсона) — река Дунай (Болгария). И все же в болгарском своде источников Томы отождествляются с современной Кюстенджя в Румынии, т.е. с античным городом Томы, главным городом провинции Малая Скифия во Фра­кии, на западном берегу Черного моря, без какой бы то ни было аргумен­тации. Таким образом, путь Юстиниана представлен как А-С-В-С-Д.: Фанагория — Южный Крым — Томы на западном берегу Черного моря — Южный Крым — река Дунай (Болгария). Однако И.С.Чичуров в своем комментарии к соответствующему тексту «Хронографии» считает, что «едва ли здесь имеются в виду Томы: такой маршрут Юстиниана (из Фанагории — на западное побе­режье Черного моря, а затем обратно в Крым) представляется маловероят­ным... скорее мы имеем дело с неизвестным нам крымским топонимом» (10, с.126, примеч. №318).

Эти же события изложены в «Бревиарии» (Краткой истории») патриарха Никифора, современника Феофана Исповедника. Географические детали при о описании пути бегства Юстиниана Никифор передает более точно: (Юстиниан) «покинув город Фанагорию), спустился в приморское селение, именуемое Томы (преодолев расстояние всего в 25 км. — Л.Г.). Взойдя там вместе с некоторыми другими мужами на корабль и проплыв мимо Том, Юстиниан дошел до Символа (Балаклавы), приблизившись к городу Херсону». — Далее оста­новка вблизи Херсона, прибытие на судно сторонников Юстиниана. Затем он отплыл и оказался у реки Петр — у Дуная.

Движение Юстиниана описано по тому же пути, что и у Феофана, но более точно: он «спустился в приморское селение, именуемое Томы». В свя­зи с этим И.С.Чичуров в комментарии к соответствующему тексту «Бревиария» проясняет ситуацию: «...едва ли Никифор назвал бы Томы «приморским селе­нием» (если бы речь шла о Томах на западном побережье Черного моря. — Л.Г.), так как речь скорее всего идет о каком-то селении, вероятно, в районе Фанагории» (10, с.179, примеч. №102).

Итак, в исторической практике VIII в. даны Томы таманские как «при­морское селение», в которое «спустился» Юстиниан из Фанагории. Гла­гол «спуститься» подразумевает переместиться сверху вниз: спуститься с горы, спуститься вниз по течению. О горе у Никифора речи нет, он говорит о приморском селении, значит Юстиниан «спустился» по воде к устью Та­манского залива, впадающего в Керченский пролив. Но если спуститься из Фанагории прибрежными водами к устью Таманского залива, то попадешь в Гермонассу, которая по данным современных археологов, в период «гун­нского нашествия (и какой-то период после него. — Л. Г.), очевидно, была небольшим поселком» (11, с.28).

Однако через столетие дело обстоит, по Ам-бен-Саиду-Махреби, в изло­жении И.Е.Неймана, следующим образом. «При описании страны Черноморской тотчас после Русии, которая называется главным городом русов, упоминает­ся об озере (современном Таманском заливе. — Л.Г.) и главном областном городе Тома, на юг от оного (от озера, т.е. Томы на южном берегу Таман­ского залива, где находилась Гермонасса-Матарха-Тмуторокань) и торговом городе Шар-ел-бакас, на восток (от г.Шар-ел-бакаса) о городе Матерхе*), который имеет собственного Государя» (12).с.

Об этой информации следует думать так же, как о большинстве географических известий арабских авторов — они неопределенны и сбивчивы: Томы — главный областной город, но торговым городом является Шар-ел-бакас, од­нако собственного государя имеет Матарха, правовое положение которой вообще не определено, данная информация заставляет предполагать, что Махреби свел воедино данные информаторов разного времени об одном и том же городе, о Томах-Таматархе.

У нас есть возможность настаивать на том, что именно Томы-Таматарха были крупным торговый и административным центром. Так, С.А.Плетнева в своем сочинении «Хазары» утверждает, что город Таматарха был «крупней­шим перевалочным пунктом, где скрещивались многие морские и сухопутные дороги. Город возник на развалинах античной Гермонассы, и, судя по археологическим материалам, жизнь в над не прекращалась даже в тяжелый период после нашествия гуннов». Полную правдоподобность своих выводов она подкреп­ляет сведениями Константина Багрянородного (Хв.), который считал Таматарху большим торговым центром (13, с.54,55)).

Для ХI-ХII вв. (период существования Тмуторокани) преимуществом обла­дает информация Ал-Идриси (XII в.): «Матарха — это вечный город. Существует с древних времен, и неизвестно, кто его построил. Это большой город со множеством жителей с процветающими округами, в нем имеются рынки и (собираются) ярмарки, посещаемое людьми из самых дальних стран и из ближайших округов» (5, с.211,212, примеч. №27).

Эти характеристики города не дают, к сожалению, в наше распоряже­ние сведений об этническом составе населения. В этом отношении содейст­вовать установлению этнического состава населения могут косвенные сви­детельства.

В VI-VII вв. болгары занимали восточные приазовские степи за До­ном и Таманский полуостров. В 635 г. их вождь и правитель Кубрат воз­главил самостоятельное объединение — Великую Болгарию. Ее столицей ста­ла Фанагория, находившаяся в 25 км. от Гермонассы-Томы (1Л, с. 20). Поэ­тому присутствие болгар в Томах неизбежно. Косвенное подтверждение это­го факта мы находим у византийского историка Льва Диакона (X в.), кото­рый, касаясь в своей «Истории» протоболгар, захвативших Македонию и на­зываемых им в связи с этим мисянами, говорит и о событиях 704/705 г., связанных с Юстинианом II. «Когда Леонтий отрезал нос императору ромеев Юстиниану и сослал его в Херсон, тот, изловчившись, бежал оттуда к Меотиде (к Азовскому морю, в Фанагорию, а затем в Томы. — Л.Г.) и склонил на свою сторону народ мисян (болгар), пообещав им большую награду, если они вернут ему власть. (Мисяне) последовали за (Юстининианом)...» (14, с.56).

Несомненно верно то, что вторая часть приведенного предложения двус­мысленна: получается, что Юстиниан на Таманском полуострове склонил на свою сторону болгар, когда из сочинений Феофана и Никифора мы зна­ем, что Юстиниан в Томах погрузился на рыбацкое судно, подошел к Болга­рии, склонил на свою сторону «Тервиля, бывшего в то время государем тамошних болгар» (10, с.164), затем с помощью болгар вернул себе власть.

В то же время эту часть предложения, с учетом информации Феофана и Никифора, можно понять так, что от Меотиды Юстиниан направился к «мисянам» в Болгарию на Дунае и склонил их на свою сторону, т.к. болгар на Таманском полуострове византийцы мисянами не наживали. Хотя для своих целей Болгарии Юстиниан мог взять с собой в Томах болгар. Это предположение как будто подтверждается словами Никифора: «Взойдя там (в Томах) вместе с некоторыми другими мужами на корабль и проплыв мимо Том, Юстиниан дошел до Символа, приблизившись к Херсону» (10, с.163,164).

Возможно, что эти «некоторые другие мужи» были болгарами. Как бы то ни было, однако все будет соответствовать исторической ситуации той юхи — присутствие болгар в Томах несомненно.

Хазары в Томах-Таматархе засвидетельствованы хаганом хазар Иосифом (сер.Х в.) в письме испанскому еврею Хаздаю Ибн-Шафруту: город Таматарха  с тюркским названием в др.-евр. транскрипции С-м-к-р-ц (Самкерц) включен в территорию Хазарии (13, с 10).

Жили в Томах и греки, связанные с античной культурой, их присутствие в раннесредневековое время (IV-VI вв.) подтверждено надписями, исполне­нии на греческом языке (11, с.28). Присутствие греков в VIII в. подтверждается упоминанием Феофана и Никифора о соплеменниках Юстиниана на Таманском полуострове, конкретно — в Фанагории (10, с.62,163).

Было ли русское население на полуострове до Х-ХI вв., когда в русских вописях появляются известия о Тмуторокани? Очевидный ответ заключается в самом названии города Россия на полуострове, с которым существовала обеспеченная связь города Томы-Матархи. Только с этой точки зрения можно убедительно объяснить ошибочную локализацию Матархи при городе Руссии двумя названными Е.Нейманом арабскими авторами, Едризи и Ибн-ел-Варди.

При выборе места нахождения города России не на Крымском полуострове (Керчь), а на Голубицком городище на Таманском полуострове, центральным понятием теории о Южной Руси должно быть утверждение о преобладающем русском селении этих двух городов. Руссии и Матархе-Тмуторокани. Связь этих городов была обеспечена и в последней четверти XI в., когда соправительница князя тмутороканского Олега Святославича, его жена, греческая принцесса Феофания из рода Музалонов, владела городом Руссией, о чем  свидетельст­вует замечательная греко-русская привесная свинцовая печать этой княгини с надписью на оборотной стороне: «Господи, помози рабе Твоей Феофании, архонтиссе России, Музалониссе» (15, с. 80,81).

Известия о владениях самого Олега Михаила дошли до нас в надписи од­ной из его печатей: «Господи, помози Михаилу, архонту Матрахи, Зихии (Предкавказье в бассейне р.Кубани. — Л.Г.) и всей Хазарии» (16, с.82). В этой надписи усматривается сближение Олега Михаила с наместнинами ви­зантийских императоров: слова «князь» и город «Тмуторокань» даны по-гречески «архонт» и «Матарха», а не по-русски, в то время как в летописях и в из­вестной надписи князя Глеба на камне — везде говорится о Тмуторокани и ни разу о Матархе. Устойчивые верноподданические чувства Олега к Византии могли проистекать из благодарности за предотвращение его убийства «по со­вету хазар», как был убит в 1079 г. половцами его брат Роман, князь тмутороканский, на возвратном пути из похода на Русь.

Византийцы считали Таманский полуостров своим владением, в связи с чем и убийство Романа не обошлось, видимо, без них, и «совет хазар» убить Олега был, все-таки, в интересах Византии. Хорошо известен тот факт, что византийский историк Михаил Псел, живший в XI в., утверждал, что русские все время кипят злобой и ненавистью к Ромейской державе и, непрерывно придумывая то одно, то другое, ищут предлога для воины с нами» (17, с. 95). Воинственный Олег был опасен для византийских владений в Крыму. По­этому, учитывая враждебные чувства к киевским князьям Олега, который готов был затевать бесконечные междоусобные войны, византийцы, после убийст­ва Романа половцами «по совету хазар», возможно, предотвратили убийст­во Олега в Тмуторокани, — убить его «советовали» те же «хазары». Визан­тийцы в своих имперских целях, воспользовавшись соглашением, как предпо­лагает Г.Г.Литаврин, с дядей Олега Всеволодом Ярославичем, похитили Олега в Тьмуторокани с помощью «хазар»  и доставили в Царьград-Константинополь (18, с.38-40).

Пришел Олег из Греческой земли в Тмуторокань в 1083 г. при поддерж­ке, надо думать, тех же греков, «сел в Тмуторокани. И иссек хазар, кото­рые советовали убить брата его и его самого» (ПВЛ). Вернулся Олег с женой, принцессой Феофанией, которая стала править городом Россией, сам он имел почетный придворный титул севаста, греческий эквивалент латинского «ав густ», т.е. «священный», «достойный поклонения», который первоначально был титулом, прилагаемым к римским, а затем и византийским императорам. Однако в середине XI в. впервые был приложен византийским императором Константином IX Мономахом (1042-1055) к лицу не имевцему царского досто­инства — к своей «возлюбленной» Склирене (IV, с.86,279) примеч.№38).

Византийский титул Олега «севаст» распознается из надписи на свин­цовой привесной печати византийской работы, найденной на рубани. На лице­вой стороне изображен архангел Михаил в рост, на обороте надпись: «Печать Севаста Михаила автедука» (15, с. 83). Латинское dux, также употреблявше­еся в Византии — глава, начальник, полководец. А слово αυτη  переводят как «самовластен» или «самодержец» (15, с.83). Поэтому полное имя Олега в надписи на печати имеет следующее содержание: Август Михаил Олег — самодержец. Но в отношении греческого языка слово αυτη без надбуквенных знаков в надписи на печати мы можем использовать не в значении местоимения «сам», а в значении существительного «крик, зов, звук». Осо­бенно «боевой крик», в переносном смысле «битва».

Пользуясь этой неопределенностью слова αυτη в надписи, а также рассуждением о том, что если бы Олег назван был в надписи «самодержцем», то ожидалось бы греч. слово автократор «самодержец, император», однако он автедука — вожак, проводник, начальник, — поэтому мы можем сказать, что полное имя Олега будет звучать так: Август Михаил Олег — начальник боевых кличей, битв. Тогда оно будет полностью соответствовать характеристики Олега в «Слове о полку Игореве»: «шли битвы Олеговы, Олега Святославича. Ибо тот Олег мечем крамолу ковал и стрелы по земле сеял. Ступит в злат стремень в городе Тмуторокани, тот звон-молву слыша(ли)» (в Киеве и Чернигове — Л.Г.)

Эти связующие звенья между надписью и характеристикой Олега в «Слове о полку Игореве» поясняют смысл высокомерного его ответа в.кн. киевскому Святополку и кн. переяславскому Владимиру Мономаху в 1096 г., после захвата Олегом Чернигова, когда они звали его в Киев для заключения договора о Русской земле перед епископами, и перед игуменами, и перед мужами отцов этих князей, и перед людьми городскими, чтобы оборонять русскую землю от «поганых». Олег же «усвоив мысли буйные и слова величавые, сказал так: «Не подобает меня судить епископу, или игумену, или смердам» (пер. наш.) (ПВЛ). Олег усвоил («въсприимь») мысль, что он сам достоен поклонения, Август Самодержец, начальник битв или боевых кличей. Хотя на самом деле он действовал в интересах Византии, ослабляя междоусобными войнами Киевскую Русь.

Одним из выводов данных рассуждений является мое утверждение о существовавшей в Х-ХI вв. связи не только между городами Руссия и Томы-Тьмутороканью, но и связи между этими городами и Киевской Русью. Высказать это ут­верждение позволяют нам следующие источники:

1 Русско-Византийский договор князя Игоря (945), в одном из пунктов которого сказано: «А о сих, оже то приходять чернии болгаре и воюють в стране Корсуньстей, и велим князю рускому, да их не пущать: пакостять стране его» (ПВЛ). — И о том, что приходят черные болгары (из Восточного Приазовья. — Л.Г.) и воюют в стране Корсунской (в Южном Крыму, куда болгары проникали через Таманский п-в и через Керченский пролив. — Л.Г.), мы велим князю русскому — да их не пускает: пакостят стране и его.

А.А.Шахматов к последним словам этого пункта договора сделал примечание:

«Его (стране) вместо ожидаемого первоначально нашей» (19, с.57, примеч.№19).

Данный подход, с учетом того, что в одном из предыдущих пунктов договора сказано, что в Корсунской стране владений русских князей нет, позволит нас­таивать на том, что имелась в виду территория Таманского полуострова, через который проходили черные болгары по пути в Южный Крым и разоряли земли, подвластные киевскому князю.

2. «История» Льва Диакона (X в.), в которой сказано: «Император (Иоанн Цимисхий) отрядил к нему (Святославу) послов с требованием, чтобы он, получив обещанную императором Никифором за набег на мисян награду, удалился в свои  области и к Киммерийскому Боспору (на Таманский полуостров. — Л.Г.), покинув Мисию». И еще: «Полагаю, что ты (Святослав) не забыл о поражении отца твоего Ингоря (Игоря), который, презрев клятвенный договор, приплыл к столице нашей с огромным войском на 10 тысячах судов (08.07.941 г.), а к Киммерийскому Боспору (к Таманскому п-ву) приплыл едва лишь с десятком лодок, сам став вестником своей беды» (Игорь после высадки на Таманском п-ве сразу прибыл в Киев. — Л.Г.) .

И последнее: «(Император) послал флот на Истр (Дунай) для охраны речного пути, — чтобы скифы (воины Святослава) не могли уплыть на родину и на Киммерийский Боспор (на Таманский п-в) в том случае, если они будут обращены в бегство» (14, с.55-57,68).

3. Известия арабских географов Ибн Хардадбеха (конец IX в.) и Ибн ал-Факыха (перв.годы Х в.) о том, что русские купцы, возвращаясь из Византии, останавливались по дороге к Азовскому морю в городе, который они называют «Самкуш иудеев» (город Томы-Матарха-Самкерц): «Затем они переходят морем к Самкушу иудеев (хазар), затем они переходят к славянам». —

Я уверен, что эти сведения в совокупности с локализацией в последнее время города Руссии не в Крыму, а на Таманском полуострове, на городище станиц Голубицкая, на «острове русов» арабских авторов, являются фунда­ментальными ддя решения затруднений, связанньк с вопросом существования уже в первой половине Х в. (и еще ранее) владении русских князей на Таман­ском полуострове, до появления сведений о Тмутороканском княжестве, известия о котором относятся к XI в.



 

Комментарии  

 
0 #1 Леонид 27.06.2011 18:07
"Рес-, рас- выделяется в первой части в личных именах боспорских царей фра­кийского происхождения — Рескупорид, Раскупорид. Рус в этимологической ле­генде — родоначальник соответствующег о этноса русов." - не понятно, каких "русов" имел в виду автор? Фракийских или шведских? К славянам до варяжского пришествия "русь" отношения не имела.
 
 

Исторический журнал Наследие предков

Фоторепортажи

Фоторепортаж с концерта в католическом костеле на Малой Грузинской улице

cost

 
Фоторепортаж с фестиваля «НОВЫЙ ЗВУК-2»

otkr

 
Фоторепортаж с фестиваля НОВЫЙ ЗВУК. ШАГ ПЕРВЫЙ

otkr

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100