Home №5 РАССЕКРЕЧЕННАЯ ВОЕННАЯ КЛАССИКА

Книги

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

ББК63.3(2)4+71 А 88

Печатается по решению редакционно-издательского совета Курского государственного университета

Рецензенты: Л.М. Мосолова, доктор искусствоведения, профессор РГПУ им. А.И. Герцена; З.Д. Ильина, доктор исторических наук, профессор КСХА

А 88 Арцыбашева Т.Н. Русь-Росия-Московия: от хакана до го­сударя: Культурогенез средневекового общества Центральной Рос­сии. - Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2003. -193 с.

ISBN 5-88313-398-3

Книга представляет собой монографическое исследование этно­культурного и социально-государственного становления Руси-России, происходившего в эпоху средневековья в центре Восточно-Европейской равнины - в пределах нынешней территории Централь­ной России. Автор особое внимание уделяет основным этапам фор­мирования историко-культурного пространства, факторам и циклам культурогенеза, особенностям генезиса этнической структуры и типа ментальности, характеру и вектору развития хозяйственно-экономической и социально-религиозной жизни, процессам духовно-художественного созревания региональной отечественной культуры в самый значимый период ее самоопределения.

Издание предназначено преподавателям, студентам и учащимся профессиональных и общеобразовательных учебных заведений, краеведам, историкам, культурологам и массовому читателю, инте­ресующемуся историей и культурой Отечества. На первой странице обложки - коллаж с использованием прославлен­ных русских святынь: Владимирской, Смоленской, Рязанской, Федоровской и Курской Богородичных икон.

На последней странице обложки - миниа­тюра лицевого летописного свода XVI в. (том Остермановский П., л.58 об.): «Войско князя Дмитрия выезжает тремя восточными воротами Кремля на битву с ордой Мамая».

© Арцыбашева Т.Н., 2003

© Курский государственный университет, 2003

 

Русь-Росия-Московия: от хакана до государя. Культурогенез средневекового общества Центральной России

Журнал «Ориентация»

Полезные ссылки


Северная Корея

РАССЕКРЕЧЕННАЯ ВОЕННАЯ КЛАССИКА PDF Печать E-mail
Автор: Павел Тулаев   
27.03.2011 18:06

Генерал-майор Игнат Семенович Даниленко, доктор философских наук, профессор, академик РАЕН, автор и науч­ный руководитель проекта многотомной «Антологии отечественной военной мысли» любезно согласился дать интер­вью для журнала «Наследие Предков», которое состоялось 27 января 1998 года. Мы помешаем его в раздел «Книжное обозрение», так как речь идет о публикации уникальных трудов таких выдающихся отечественных военных теорети­ков, как Д.А.Милютин, Г.А.Леер, Н.Н.Головин, Н.Л. Кладо, А.К.Баиов, А.А.Свечин и других. Многие дореволюцион­ные военные писатели (так называли тогда военных теоретиков и военных историков), часть которых вместе с Белым движением ушла в зарубежье, в СССР были не в почете, более того — работы многих были запрещены, естественно, ни разу не переиздавались. Не всем повезло, кто остался на Родине. На Западе наши выдающиеся военные мыслители тоже были не слишком широко известны, но военным специалистам Антанты, Третьего Райха и НАТО при желании были доступны. Ныне, с опозданием едва ли ни на сотню лет, русская военная классика открыта для русских.

П.В.Тулаев: Уважаемый Игнат Семенович, прежде всего позвольте мне выразить радость ни поводу сегодняшней встречи. «Наследие предков» рассмат­ривает русскую военную мысль как один из главных источников нищего современ­ного мировоззрения. Расскажите пожалуйста, как Вы пришли к этой теме.

И. С. Даниленко: К этой теме я при­шел, когда осознал, что недопустимо мно­го из нашего военною наследия не вош­ло в научный и учебный оборот. К данно­му выводу меня привела многолетняя пе­дагогическая работа. Будучи исследователем, я обращался ко многим забытым источникам и понял, что без них наша со­временная мысль значительно обедняет­ся. Это тем более огорчительно, что пыт­ливому молодому военному педагогу и даже серьезному учащемуся военного учебного заведения всегда бывает мало обозначенных в программах и широко известных литературных источников. Для выработки высокого профессионально­го мировоззрения, для глубокого пони­мания истории Отечества особую цен­ность представляют труды классиков военной мысли. А найти их оказывается очень сложно. Некоторые работы суще­ствуют в отдельных экземплярах, явля­ются библиографической редкостью и отсутствуют во многих книжных фондах, или хранятся в специальных фондах с ог­раниченным доступом. Часть ценного наследия покрылась многолетним слоем архивной пыли. А некоторых книг вооб­ще нет в России, поскольку они были из­даны за рубежом. Мы. специалисты, зна­ем, что исследования данного круга су­ществуют, что они где-то есть, но за пре­делами нашей компетенции. Таким обра­зом, целый пласт нашей национальной культуры оказался мало изученным, не­систематизированным, необобщенном. Это и подвигло меня на выпуск «Антоло­гии Отечественной военной мысли».

П Т.: Каковы концепция и общий план серии?

И.С.: Военная мысль как таковая за­родилась давно. Ведь мы живем на той земле, которая чрезвычайно богата воен­ными событиями. Это связано не с нацио­нальным характером — он отличается добродушием и миролюбием — а с гео­графическим положением и исторической судьбой нашей страны. В качестве от­правной точки я выбрал тот рубеж, ког­да военная мысль приобретает обще­ственный статус самостоятельной иссле­довательской и учебной дисциплины, т. е. науки. Это произошло в 18 веке, не толь­ко в России, но и во всем европейском мире. Меня интересуют не только исто­рия отечественной военной науки, ее клас­сические образцы, но и ее роль в форми­ровании образа будущего. При отборе персоналий для «Антологии» я решил ис­ходить из двух основных принципов: ис­торизма и профессионализма. Важно по­казать развитие военной мысли в течение трех последних столетий. При этом вы­делить тех мыслителей, которое не выс­казались случайно по той или иной про­блеме, а проявляли постоянный интерес к военной тематике. Это не значит, что все они были специалистами именно в дан­ной области. Они могли иметь другие, невоенные профессии, но заниматься во­енной проблематикой со знанием дела, посвятив ей много времени и сил и про­явив высокий талант.

Что касается плана серии, то я решил начать издание с менее известных в на­стоящее время по тем или иным причи­нам авторов, которых я изучаю уже не первый год. Всего хотел бы опублико­вать в задуманной серии 50 томов сочинений разного объема. На данный момент вышло уже восемь книг, подготовлено еще десять макетов, а материалов у меня достаточно на всю серию.

П Т.: Кого из дореволюционных мыс­лителей Вы считаете наиболее актуаль­ными?

И.Д.: До революции существовала це­лая плеяда выдающихся деятелей, чьи славные имена должны жить в нашей па­мяти. Они наша гордость, без них мы не можем себе даже представить всю глуби­ну и полноту традиции.

Начать этот список следует, конечно, с имени Александра Васильевича Суво­рова. До него были в Российской Импе­рии крупные военные деятели и мысли­тели, яркие личности, например, Румян­цев, Потемкин. Но Суворов лучше дру­гих сформулировал «генетической код», архетип нашей отечественной научной во­енной мысли. Его гениальные научные мысли высказаны в простой доступной форме. Суворовская «Наука побеждать» - это не старина. Это актуальный, совре­менный ориентир. Конечно, многое уже с тех пор изменилось, но наследие Суво­рова остается важным истоком отече­ственной традиции.

В 19 веке возвышается фигура Ми­лютина Дмитрия Алексеевича — воен­ного теоретика, географа и историка, во­енного министра-реформатора, последне­го генерал-фельдмаршала России, умер­шего в 1912 году. Чтобы войти в исто­рию отечественной военной мысли ему достаточно одной военной статистики, которую Милютин ввел в качестве науч­ной и учебной дисциплины еще в первой половине ХIХ века.

Генерал Леер Генрих Антонович не­сомненно крупный военный теоретик второй половины ХIХ века. Его работы по стратегии, систематизации военной мысли составляют целую эпоху в разви­тии отечественной военной мысли. К Ле­еру и его школе в последующем допус­кались серьезные критические передер­жки. Против несправедливости и непро­дуктивности такого рода критики Леера активно выступал Николай Лаврентьевич Кладо (1862-1919), чье имя незаслужен­но забыто. Из его богатого наследия мы издали в рамках нашей серии «Этюды по стратегии» (1914).

Большой интерес представляет твор­чество Николая Николаевича Головина, ставшего известным военным ученым еще до первой мировой войны, а после рево­люции - ведущим военным теоретиком русского зарубежья. Алексея Констан­тиновича Байова - блестящего дореволюционного и эмигрантского военного ис­торика и теоретика. Александра Андрее­вича Свечина - выдающегося советского стратега, и многих других, более близких к нам по времени.

П.Т.; Вы начали серию с труда Н.Н. Головина «Науки о войне». Почему Вы выбрали именно его?

И.Д.: Передо мной была трудная за­дача. Если бы я попытался охватить все собранные материалы и начал издавать их в хронологическом порядке, я бы рис­ковал никогда не закончить этот труд. По­этому я решил начать с тех работ, кото­рые наиболее ценны, но неизвестны или мало известны даже профессионалам. К ним как раз и относятся книги Николая Николаевича Головина, человека редкой судьбы и талантливого мыслителя. Он меня заинтересовал по двум причинам. Во-первых, у него есть работа, посвящен­ная А.В.Суворову; она как раз обраще­на к молодежи, глубоко раскрывает сущ­ность и особенности суворовской шко­лы. Во-вторых, именно Головин первым понял, что военной науки как науки о войне не существует. Есть наука о веде­нии воины, но науки о воине как состоя­нии общества, ее месте в содержании и динамике исторического процесса нет. И он в середине 30-х годов призвал миро­вую научную общественность разрабо­тать такую науку, предложил сложный проект и вынес его на обсуждение. Это актуально и сегодня. Наука о войне еще не создана. А войны многолики. Они при­нимают все более нетрадиционный харак­тер. Порой трудно уловить грань между войной и миром. А это очень важно для политической практики.

У Головина очень много работ. Он автор более 30 монографий и около 100 публикаций на 8 языках мира. В избран­ных для открытия «Антологии» его ра­ботах рассматриваются общетеоретичес­кие, философские, социологические и пси­хологические проблемы войны, по-но­вому раскрыта роль человека. Головин выступает в качестве яркого представи­теля «русской психологической школы».

В войне при использовании любой техники центральная роль принадлежит человеку. Об этом подробно в работе Го­ловина «Исследование деятельности и свойств человека как бойца» (2-й том на­шей серии), которая и сегодня читается как современная. Кроме того, Головин оставил фундаментальный труд, раскры­вающий усилия России в первой миро­вой войны. Он уже находится в издатель­стве и выйдет, надеюсь, в первой полови­не этого года. Кстати, в 1998 году испол­няется 80 лет со дня окончания 1-й миро­вой войны. А поскольку у нас эта война изучена гораздо меньше, чем 2-я миро­вая, то переиздание труда Головина су­щественно заполняет имеющийся пробел.

Н.Н.Головин, к сожалению, не был услышан и оценен по достоинству свои­ми соотечественниками, тем более что после революции он жил за пределами России. Отчасти его идеи были использо­ваны в других странах, например во Фран­ции. Создатель французской полемологии (новой науки о войне) Гастон Бутуль тоже считал необходимым разработать принципиально новую теорию войны, но эту идею значительно раньше него выс­казал и обосновал Головин. Он хорошо понимал свою миссию и исторические задачи, работал планомерно, не в оди­ночку. В частности, с ним сотрудничал выдающийся социолог Питирим Алек­сандрович Сорокин, тоже выходец из России, вынужденный покинуть Родину после революции. Сорокин написал фун­даментальный труд о социально-культур­ной динамике исторического процесса. В нем специальная глава посвящена войне. Она написана с участием генерала Н. Н. Головина и его помощника полковника А. А. Зайцова. Были у Головина и другие талантливые помощники, ученики и пос­ледователи.

В подготовке работ Головина к пуб­ликации мне серьезную помощь оказал исследователь его творчества Игорь Вла­димирович Образцов.

П. Т.: Мне посчастливилось прочесть две интересные книги «Философия вои­ны» и «Российские офицеры» под редак­цией А. Б. Григорьева. Там как раз гово­рится об этих малоизвестных страни­цах отечественной истории. В частно­сти приводятся любопытные факты о русских военных учреждениях за рубежом. Оказывается, в конце 1920-х в начале 1930-х гг. по инициативе Головина были объединены несколько кружков военного самообразования в зарубежные высшие военно-научные курсы, выполнявшие роль русской военной академии в эмиграции. Позже при них в Париже был создан Ин­ститут по исследованию войны и мира, а в Белграде Русский военно-научный ин­ститут. Всего в то время существовало более двадцати кружков военного само­образования, которые выполняли роль учебных заведений для более чем стоты­сячной армии попавшего за рубеле рус­ского офицерства и казачества

И.Д. Да, действительно, после рево­люции отечественная военная мысль раз­делилась как бы на два потока: на советс­кий и зарубежный. Зарубежный поток, как теперь выясняется, был достаточно про­дуктивным. В этой среде трудились выда­ющиеся умы, знатоки своего дела. такие как Головин, Байов, Данилов и другие. Список очень большой. Они долго надея­лись, что возможен реванш, что можно вернуть старую, горячо любимую ими Россию, и старались сохранить военную традицию во всех ее видах: создавали шко­лы, кадетские училища, готовили кадры... Меня этот политический аспект меньше интересует. Мы будем издавать труды всех отечественных военных мыслителей, неза­висимо от того, по какую сторону барри­кад они находились. Эпоха была драматич­ная, политические ориентации менялись. но это не должно препятствовать нашему освоению всего наследия. Это основа по­тенциала нашей современной философии войны и военной науки.

П.Т.: В связи с этим я хотел бы за дать дополнительный вопрос по сборни­ку «Философия войны», составленного И.В.Домниным. В него вошли одноимен­ная работа А.Керсновского. «Наука о вой­не» Н.Головина, «Грехи старой России и ее армии» П.Залесского, «Помни войну» А. Мариушкина, «Начальные основы стро­ительства будущей русской армии» А. Бaнoвa с соответствующими коммента­риями. Вы как-то участвовали в состав­лении эmoй книги или она вышла незави­симо от Вас.

И.Д.: Игорь Владимирович Домнин работает вместе с Александром Евгенье­вичем Савинкиным. Они сделали очень много для того, чтобы вернуть нашу оте­чественную военную мысль из зарубежья на Родину. Это настоящие энтузиасты, под­вижники. подготовившие много публика­ций по данной тематике. Я с ними лично таком, мы поддерживаем научные контакты, обмениваемся консультациями, то есть фактически сотрудничаем, работаем друж­но, без какого бы то ни было антагонизма, ибо понимаем, что делаем общее дело, а работы в данной области хватит на всех.

П. Т. Хорошо, что книги по военной философии стали одновременно выхо­дить в различных издательствах, тем более что качество первых книг остав­ляет желать лучшего. Вместе с тем, я хотел бы обратить ваше внимание на следующий факт. Во время работы в США мне попалась в руки американское изда­ние «Стратегии» А. А. Свечина 1992 года. И у меня возникло два вопроса. Во-пер­вых, почему оно вышло раньше русского репринта? Во-вторых, почему наши во­енные специалисты, А.А.Кокошин и В.Н.Лобов, приняв участие в данной публикации, не нашли возможности пере­издать ту же книгу, на таком же поли­графическом уровне у нас?

И.Д. Действительно, этот факт дос­тоин сожаления. Книга советского воена­чальника, крупнейшего военного теоре­тика XX века Александра Алексеевича Свечина «Стратегия» выходила в СССР дважды, в 1926 и 1927 годах. Свечин как военный теоретик сложился до револю­ции. В 1915 году стал генералом. Прини­мал активное участие в политической жизни. Перешел на сторону Советской власти. Кстати, его родной брат Михаил, тоже генерал, оказался на другой сторо­не баррикад. В 20-е годы А. Свечин был властителем дум и большим авторитетом среди военных в послереволюционной России. Однако, когда политика стала активно вмешиваться в ход развития воен­ной, да и не только военной науки, судьба его сложилась трагично. В конечном сче­те это не могло не сказаться на самой по­литике. Меня лично давно интересовала ею судьба, его незаслуженно забытые труды, и я сделал все, чтобы переиздать его главные труды, хотя бы небольшим тиражом.

Л.Т. Какие именно?

И.Д. Прежде всего это его труд «Стратегия», который не случайно в 20-е годы издавался дважды. В наше время он со­хранился как большая редкость. Мень­ше повезло более поздней работе «Стра­тегия XX века на первом этапе. Плани­рование войны и операций на суше и на море в 1904-1905 гг.». Она была опубли­кована в 1937 году тиражом в 1000 эк­земпляров. В наше время найти ее труд­но. Мне посчастливилось. Затем два тома фундаментального сочинения «Эволю­ция военного искусства». Сейчас закан­чиваю подготовку макета книги с никог­да не публиковавшимися работами А. А. Свечина.

П.Т.: А кого из зарубежных стра­тегов вы считаете современным и ак­туальным?

И.Д.: С точки зрения развития тео­рии военной науки, мне очень интерес­ным кажется творчество английского во­енного теоретика Лиддела Гарта, особен­но сделанные им выводы на основе ана­лиза второй мировой войны и появления ядерного оружия. Он предложил разде­лить стратегию вооруженной борьбы и стратегию ведения войны. Это, действи­тельно, разные вещи. Ведь не случайно во 2-й мировой войне руководителями были не военные, в традиционном пони­мании, а первые лица государства. Не­профессиональные военные были во гла­ве вооруженных сил во всех странах, в СССР. в США. в Великобритании и в Гер­мании, во всяком случае именно они осу­ществляли общее руководство войной. По существу она превратилась в слож­нейшее межобщественное противобор­ство. В стратегии ведения войны прин­ципиально новую роль стали играть не­прямые действия. Этот факт и зафикси­ровал Лиддел Гарт. Он считал, что «в на­стоящее время атомное оружие, не позволяющее применять прямые действия, имеет тенденцию стимулировать разра­ботку агрессорами более гибкой страте­гии». Советская мысль в то время не смог­ла по достоинству оценить этот подход. Преобладала точка зрения, что решаю­щим фактором в современной войне яв­ляется ядерное оружие. Жизнь показа­ла, что дело обстоит значительно слож­нее. Ядерное оружие, действительно, выполняло функцию сдерживания от традиционных, прямых военных дей­ствий. но военное противоборство велось другими средствами и методами. Это был большой недочет в нашей стратегии. Нам сильно помешал догматизм, как идеоло­гический, так и военно-профессиональный, поэтому мы и проиграли холодную вой­ну. На Западе откровенно празднуют по­беду в этой войне, а у нас официальные крути не признают ее войной. Неверно считать основной причиной этой войны идеологию. Запад начал холодную войну, потому что его не устраивали геополитические результаты 2-й мировой войны. Коммунистическая идеология не помеша­ла «западным демократиям» быть союз­никами СССР в этой войне. А вот геопо­литические результаты ее сделали бывших союзников непримиримыми врагами.

П. Т.: Я знаю, что Вы как крупный военный историк встречались с ведущи­ми стратегами запада Кого бы вы из них выделили?

И.Д.: Историк я лишь отчасти, по сво­ему призванию, а по профессии я фило­соф. Поэтому меня более всего интере­сует логика войны, а ее постижение тре­бует знания военной истории. По служ­бе и в порядке научного общения мне приходилось встречаться в военными деятелями разных стран. Запомнилась встреча с Робертом Макнамарой и кру­гом его сотрудников в США Встреча была посвящена проблемам современной войны и обеспечения безопасности. Мне понравился реализм американцев, хотя и они не свободны от идеологических кли­ше, особенно по отношению к нашей стра­не. Некоторые думают, что только ком­мунисты склонны к догматизму; нет, дру­гие тоже не лишены этого недостатка. За­дача быть последовательными рыцаря­ми науки, бесстрашно стремиться к исти­не, не впадая в идеологические ловушки и политическое рабство, стоит не только перед нами.

П. Т.: Как Вы оцениваете оживление интереса к геополитической школе мыс­ли в нынешней России?

И.Д.: Я думаю, что это естественная реакция на длительную недооценку дан­ного направления мысли, которую сей­час и стараются преодолеть молодые ис­следователи. В принципе военная наука любого государства основывается на его географическом положении, на цивилизационных, национально-психологических качествах народа. В этом смысле военная наука национальна, как никакая другая. Мы должны знать истоки своей цивили­зации, чем именно она, например, отличается от западной, каковы ее современ­ные особенности. Геополитика призвана ответить на вопрос: почему история на­шего Отечества так насыщена воинами?

П Т. Вам попадались в руки новые кни­ги по данной теме: «Основы геополи­тики» А. Г. Дугина. «Русский геополити­ческий сборник» Е. Ф Морозова. «Геопо­литика современности» К.Э.Сорокина. к Единая Европа: проблемы и перспекти­вы» В Видеманна. «Шаги новой геопо­литики», А. В. Митрофанова, «Европоцентризм, скрытая идеология перестройки» С Кара-Мурзы? Почти одновременный выход упомянутых изданий свидетель­ствует о том, что геополитика сегод­ня стала модной. Как Вы оцениваете это явление?

И.Д. Я думаю, что перечисленные вами издания важны и очень актуальны. поскольку они заполняют вакуум, кото­рый существует в данной области. С эти­ми работами я знаком. Интерес к геопо­литике появляется сейчас не только в уче­ных кругах, но и среди военных. Это за­кономерно. главное тут учесть и нара­ботки отечественной школы геополити­ки. например, труды Д.А.Милютина. К сожалению, они оказались невостребован­ными в советское время. Обращаясь к геополитике как к науке, следует также иметь в виду особенности современной эпохи, эпохи информатизации, новейших технологий и всеобщей компьютеризации. Не достаточно повторять пройденное, надо развивать геополитику с учетом на­циональной традиции и особенностей на­шего времени.

П. Т. 20 апреля 1996 года по итогам «Московской встречи на высшем уровне по ядерной безопасности» была подпи­сана официальная декларация об «окон­чании холодной войны» и открытии «но­вой эры в международных отношениях» Что это, по Вашему, означает, начало эпохи мира или эпохи войн нового поко­ления, так сказать «четвертой миро­вой войны»?

И.Д. Моя позиция по данному воп­росу заключается в следующем. Воен­ная мысль просмотрела переход от тра­диционных войн, где решающая роль принадлежала вооруженной борьбе с помощью смертоносного оружия, к вой­нам нового типа. В современном проти­воборстве вооруженным силам отводит­ся страховочная и обеспечивающая роль. А сама война ведется другими средства­ми, которые раньше, наоборот, играли обеспечивающую роль: политическими, экономическими, информационными, разведывательными. То, что однажды было названо «холодной войной», раньше тоже существовало под именем «странных войн». Сегодня эти «странные», нетра­диционные войны и конфликты встреча­ются чаще, чем прежде.

Судите сами: что произошло после окончания холодной войны? Когда Гор­бачев заявил о переходе СССР от планов построения коммунизма, от доктрины мирового революционного процесса к «новому мышлению», у некоторых лю­дей возникло впечатление, что мы всту­паем в эпоху вечного мира. Но это впе­чатление было обманчивым. Надо пони­мать и хорошо знать, что такое мир и что такое война. Намерения и лозунги поли­тиков могут быть необоснованными, мо­гут ввести в заблуждение миллионы лю­дей. Крах социалистического строя в на­шей стране и ряде европейских госу­дарств, разрушительность и непродук­тивность идеологии «перестройки» как раз и побудили меня заняться философс­кими вопросами войны, обратиться к оте­чественной традиции, к историческому опыту России.

Что мы видим сегодня вокруг? Си­ловой мир. А силовой мир это — либо скрытая война, либо подготовка к войне. Этот мир периодически взрывается во­енно-силовыми акциями. Вот что проис­ходит в реальности. Если мы этого не пой­мем, не разберемся как следует, то наша военная реформа не будет иметь необхо­димых ориентиров.

П.Т: То что Вы сейчас сказали — чрезвычайно важно. Группа моих едино­мышленников как раз и занимается раз­работкой некоторых аспектов «войн нового поколения», которые Вы назы­ваете «нетрадиционными» или «стран­ными». Часть наших разработок опуб­ликована в сборнике «Русская перспек­тива». М, «Полюс», 1996. В частности, там есть статья Владимира Юрьевича Попова «Четвертая мировая война», есть материалы обсуждения книги американского ученого Энтони Саттона «Как Орден организует войны и револю­ции». Как Вы относитесь к теории уп­равляемых конфликтов?

И.Д. В войнах всегда было много субъективного, с ними связаны разного рода заговоры, человеческие стремления и страсти великого и преступного харак­тера. И все же в основе природы войн есть и объективное, возбуждающее эту субъективность. В истории было много попыток покончить с войнами. Однако ис­торический процесс идет миро-военным методом, т. е. мир сменяется войнами. Правда, периодичность сменяемости не установлена. Очень важно установить принципиальную грань между войной и миром. Существовавшие объяснения этих сложных вопросов сегодня нельзя при­знать удовлетворительными. Это отно­сится и к «нарезке» войн. Что касается управляемых войн и военных конфлик­тов, то этим с успехом может заниматься т.н. «третья сторона». Она может восполь­зоваться имеющимися для этого предпо­сылками, но может их и создавать в тече­ние длительного времени, а в нужный для нее момент развязать войну или конф­ликт. А затем, в зависимости от их хода и своих интересов выступить в роли по­средника и «миротворца». Война начи­нается не со стрельбы. Это ее особая фаза. Упрощенный подход тут недопус­тим.

П Т. И последний вопрос На встрече инициативной группы по созданию Цен­тра военной философии Вами была выд­винута идея общественной конференции. посвященной столетию создания в Рос­сии «Общества ревнителей военных зна­ний». Как Вы видите ее и кого бы Вы хотели на нее пригласить?

И.Д. Я считаю, что создание в 1898 году «Общества ревнителей военных зна­ний», в котором перед первой мировой во иной участвовало 42 тысячи офицеров Российской армии, было важным собы­тием в отечественной истории. Это обще­ство оставило весьма серьезное наследие. а главное — оно вывело военную мысль за пределы официальных государствен­ных структур и ведомств. Царская бю­рократия в некоторых важных вопросах сковывала военную мысль. Советская бюрократия продолжила эту линию. Та­кое же положение в военной науке оста­ется по сей день. Война — это явление, которое касается всех граждан, ибо влия­ет на судьбу каждого и всех. Поэтому принципиально важно, чтобы военными проблемами занимались не только специ­алисты военных ведомств, но также фун­даментальная наука, академические инсти­туты, университеты. Война — не случай­ное явление. Нельзя рассматривать ее как эпизод того или иного исторического пе­риода. Как именно происходит переход от мира к войне и обратно - это еще пред­стоит изучить, исследовать во всех аспек­тах. Например, мы говорили о геополи­тике. Эта наука как раз и призвана отве­тить на вопрос, почему и как войны миг­рируют по планете. Почему в одних про­странствах они укоренились, а на дру­гих, так сказать, редкие гостьи. Военные ведомства в силу своей специфики не за­нимаются этим кругом проблем. Кто-то ведь обязан заниматься общими вопро­сами философии войны, геополитики. стратегии, дабы предусмотреть все воз­можные перспективы, проблемы и сред­ства национальной безопасности. Это в интересах ныне живущих и будущих по­колений.

Что касается приглашений на конфе­ренцию, то мы планируем привлечь как известных специалистов, так и широкий круг интересующихся данной проблема­тикой из числа молодежи.

П. Т. Большое спасибо за Ваше доб­рожелательное, развернутое интервью. В заключение я хочу пожелать Вам успе­хов в дальнейшем издании серии «Анто­логия отечественной военной мысли» и надеюсь, что сегодняшняя встреча не будет последней. Всех упомянутых со­временных издателей и исследователей, я от имени «Наследия предков» также приглашаю к сотрудничеству и надеюсь их увидеть на запланированной юбилей­ной конференции «Общества ревните­лей военных знаний».

И.Д. Спасибо большое Вам. Я думаю, если такая конференцию состоится, то она будет не только данью исторической па­мяти, но важным дополнительным им­пульсом в развитии военного дела Рос­сии.

 

 
 

Исторический журнал Наследие предков

Фоторепортажи

Фоторепортаж с концерта в католическом костеле на Малой Грузинской улице

cost

 
Фоторепортаж с фестиваля «НОВЫЙ ЗВУК-2»

otkr

 
Фоторепортаж с фестиваля НОВЫЙ ЗВУК. ШАГ ПЕРВЫЙ

otkr

 
Яндекс.Метрика

Rambler's Top100